–Пойдем, я покажу тебе кое-что.

Я подошла к Мюрею. Он протянул мне руку. Я помедлила, посмотрев ему в глаза, положила свою руку сверху. Он склонил свою голову и нежно поцеловал ее, после выводя нас из уборной. Мы прошли по комнате, а позже вышли и из нее. Граф вел меня по длинным коридорам своего особняка, которые часто сменялись различными комнатами. Иногда на нашем пути встречались слуги и мужчины с мечами, они кланялись, ожидая пока мы пройдем.

–Куда ты меня ведешь?

–Потерпи немного, скоро сама все увидишь.

У меня уже начала голова кружиться от бесчисленных поворотов и смен залов. Позже один из коридоров сузился и уперся в стену. Я с удивлением перевела взгляд с каменной кладки на юношу. Он же водил рукой по выступающим камням, найдя нужный вдавил его. Стена задрожала, отъезжая в сторону и открывая нам проход. Граф потянул меня внутрь. Перед нами открылся спуск вниз. Винтовая лестница терялась в темном проеме.

–Нам точно нужно вниз?

Мюрей развернулся, приблизившись. Его тело почти коснулось моего. Он поднял мое лицо за подбородок, всматриваясь в мои глаза.

–Что ты хочешь больше всего на свете?

Я задумалась. Чего я точно хочу, так это вернуться домой и забыть это все как страшный сон. Еще бы знать как это сделать.

–Домой.

–Но ты и так дома.

Я прикусила губу, соображая чего же я хочу.

–Тогда я хочу знать почему я здесь? Кто я?

Он протянул меня к лестнице.

–Тогда пошли.

Он щелкнул пальцами. Они тут же вспыхнули голубым пламенем, охватывая всю ладонь. Мюрей освещал нам путь, держа меня за руку. Я считала ступени, и так увлеклась, что не заметила как граф резко остановился. Я врезалась в него. Он перевел взгляд на меня, обернувшись.

–Прости, я задумалась.

–Ничего. Подожди.

Он отпустил мою руку и прошел вперед. Юноша прошел до стены, приложив горящую руку в выемку в стене. Она вспыхнула, освещая небольшое пространство. Граф застыл на мгновенье, прикрыв глаза, а позже резко махнул рукой. Неизвестно откуда взявшийся порыв ветра быстро пролетел по помещению, попутно разнося огонь с руки Мюрея. Теперь уже все помещение было освещено множеством огней по всему периметру стены.

Это был вытянутый в длину зал, узкий коридор шел по середине, зажатый между пьедесталами каменных фигур. С двух сторон располагались каменные статуи. Массивные изваяния животных и птиц, выполненные из камня. Рядом с каждым существом находилась статуя человека в полный рост. Они были запечатлены в величественных позах. У каждого на постаменте была золотая табличка с незнакомыми мне иероглифами. По мере продвижения вглубь помещения, я заметила, что некоторые статуи людей и животных отсутствуют.

Я в изумлении застыла на месте, увидев статую филина. Но каменной фигуры человека рядом не было. Граф поравнялся со мной, заметив мое удивление.

–Рюмину уже давно пора было на покой.

Я уставилась на Мюрея.

–Это…

Но закончить я не успела.

–Да. Все тотемы и их хранители после смерти попадают сюда.

Я вновь перевела взгляд на пьедестал, где должна была быть статуя Фина. Юноша положил руку на мое плечо.

–Не переживай. Он тоже будет здесь, я нанес слишком тяжелое ранение.

Он улыбнулся. Я нахмурилась, а позже сорвалась:

–Да как ты можешь так говорить?! Он хотел мне помочь!

Глаза Мюрея вспыхнули гневом, а улыбка переросла в оскал.

–Помочь? Ты вообще себя слышишь? То, что он выкрал тебя у меня еще не говорит о его добром поступке. Они скрывали от тебя правду о тебе и твоем происхождении. А знаешь ли ты почему?

Я ошарашенно помотала головой, не понимая от куда он узнал. Граф схватил меня под руку и потянул вперед. Мы уперлись в три пустых пьедестала, средний был расколот большой трещиной, как и табличка, расколотая на две части. Они располагались поперек остальных. Я посмотрела на юношу. Но вместо объяснения, он расстегнул рубашку и приспустил с левой стороны, открывая мне плечо. На нем было ровно такое же изображение как и у меня, только очень темного цвета.

Я ахнула, тут же прикрывая свой рот руками. Теперь я вообще не понимала что тут происходит. Невольно я попятилась и уперлась в чью-то статую. Вновь обвела помещение взглядом. В голову врезался вопрос, который тут же и озвучила:

–Почему у всех по одному хранителю, а нас двое?

–Потому, что мы часть одной уже забытой легенды.

Он прошел до треснувшего пьедестала, наклонился и провел пальцами по символам, стирая пыль с половинки золотой таблички. Я же ждала объяснений.

–Из всех божеств был самый безобидный и миролюбивый. За его, порой детский, характер, все недолюбливали. Его перестали брать на собрания, перестали брать его голос в расчет, а позже и вовсе вытеснили подальше от себя. Эти твари, -Мюрей обвел помещение рукой. –обрекли его на вечные муки, запретив показываться из под земли.