Михаил нахмурился, осознавая масштабы проблемы:

— Да, я никогда об этом не думал. Здесь, в нашем мире, всё кажется таким… устойчивым. А что они продают?

— Продукты питания, выращенные без добавок и технологий, — объяснила Анна. — По старинке. А еще изделия ручной работы. Это сейчас ценится очень высоко.

Михаил слегка улыбнулся, но в его глазах читалось недоумение:

— Чем плоха еда, сделанная машинами? Или вещи, созданные роботами? Они ведь практически совершенны.

Анна засмеялась:

— Ты просто ещё не распробовал. Настоящий вкус невозможно передать синтетике. Попробуешь, и больше не захочешь возвращаться к этой "пластмассе". А то, что машины делают идеально, со временем начнёт вызывать подозрение.

— Поэтому ты не используешь нейролинк?

— Сначала да, из-за этого. А теперь — это мой личный выбор, не связанный ни с работой, ни с социальным статусом.

Михаил с интересом смотрел на неё:

— И каково это? Жить вне… ну, общего потока?

Анна покачала головой, ее взгляд скользнул по оживлённому залу:

— Это не "вне". Это просто другое общество, с другими ценностями. И оно мне ближе. Посмотри вокруг, как всё живо. Люди общаются, смеются. Если бы это была обычная выставка, каждый был бы погружен в свой гаджет и торопился куда-то.

Михаил обвел взглядом гостей, задержавшись на маленькой группе, где кто-то весело жестикулировал, что-то обсуждая. Он кивнул, соглашаясь:

— Ты права. Иногда кажется, что мы разучились просто быть вместе.

К ним подошёл молодой человек, чей вид сразу притягивал взгляд. Он напоминал слегка сумасшедшего профессора: растрёпанные, очевидно давно немытые волосы, мешковатая одежда, подобранная без всякого внимания к цвету, длинные тонкие пальцы и быстрые, словно электрические, движения. Его взгляд перескакивал с одного объекта на другой, не задерживаясь более чем на несколько секунд. На запястьях были заметны наколки с эзотерическими символами, которые добавляли ему ещё больше загадочности.

— Извиняюсь! — начал он, почти перебивая собственные слова. — Я мельком услышал ваш разговор. Вас правда интересуют жители коммун?

Михаил, заметив, как Анна слегка напряглась от такой бестактности, решил смягчить ситуацию:

— Мне кажется, вы больше смахиваете на анархиста, чем на коммуниста.

— Спасибо за комплимент, — парировал незнакомец, и, будто забыв, зачем подошёл, добавил: — Вы же организаторы этой... вечеринки?

Анна нахмурилась:

— Это не вечеринка, а фотовыставка, — укоризненно поправила она.

— Ну да, конечно, фотовыставка, плавно переходящая в вечеринку, — хмыкнул он. — Здесь явно не хватает чего-нибудь покрепче. Кстати, у нас будет автопати? Вы с нами?

Не дожидаясь ответа, он вытащил из кармана металлическую фляжку и демонстративно предложил выпить "за знакомство". Михаил находил этого человека забавным, несмотря на его претенциозность. Анна, напротив, сохраняла вежливую, но холодную дистанцию.

— Ах да, меня зовут Мэрилин, и я волшебник, — с неожиданной серьезностью представился он, протягивая руку Анне.

К удивлению Михаила, Анна ответила на этот жест, ничуть не колеблясь.

— Кого я только не встречал, — с улыбкой вмешался Михаил, — и кем себя только не называют в нашем безработном веке, но волшебник... это что-то новенькое.

Мэрилин усмехнулся, с явным удовольствием поддерживая игру:

— Всё на самом деле просто. Я творю чудеса. А что такое чудо? Это умение делать то, что кажется непостижимым для других. Вот, например, наука — это та же религия. Мы верим специалистам, поручая им то, о чём сами ничего не знаем. А что уж говорить о роботах? Вам не кажется, что вера в сверхразум превзошла все религии, которые существовали до этого?

— А я-то думал, что философ здесь я, — засмеялся Михаил.

— Расслабьтесь, — отмахнулся Мэрилин, — здесь все такие же чудики, как и вы.

— Быстро вы нас квалифицировали, — заметила Анна. — По-моему, чудак здесь только вы.

Мэрилин откинулся назад, будто наслаждаясь её замечанием:

— Анна, верно? Сами того не подозревая, вы разворошили гнездо.

— Какое гнездо? — нахмурился Михаил.

Мэрилин понизил голос, будто делая великое одолжение:

— Тут есть те, кто здесь случайно, кто едва знаком с остальными. Вы, к примеру. Но я вам кое-что скажу. Такая выставка — идеальное прикрытие для тайной встречи. Никаких камер, никакого Wi-Fi. Это настоящая конспирация.