Увидев нужное имя, Костя ткнул в «Вызов». Экран сменился — по центру появилась зеленая прямоугольная рамка с прозрачным фоном и векторным колокольчиком-звонком посередине.

Заиграла расслабляющая мелодия…

«И почему функцию автодобавления в контакты нельзя просто взять и отключить? — прилетела запоздалая мысль. — Кому от этого хуже станет? Зачем такая принудительная… социализация общества? Или как этот термин звучит? Чип информации, дай мне знаний!»

Но чип не успел — раздался щелчок, а на месте колокольчика возник рыжеволосый конопатый паренек с недовольно-брезгливым выражением лица. Средним пальцем поправив сползающие с переносицы очки, он промокнул лоб белым платочком и только после этого проявил какой-никакой интерес к собеседнику.

— Внимательно, — серьезным голосом проговорил рыжий, смотря куда-то в сторону.

Костя усмехнулся:

— Привет, Филя-Филиппок.

— А-а-, Константинополь, это ты, — разочарованно фыркнул конопатый, будто только сейчас узнав звонившего. — Привет. Чего хотел?

— Что делаешь вечером? Ну, после комендантского? В нэт не собираешься?

Филя пожал плечами:

— Не знаю, вроде не планировал. У матушки гости, потом надо будет помочь прибраться… А что, есть планы?

— Погодь.

Костя отвлекся от разговора, стараясь понять, правильно ли идет. Игровое поле давно закончилось, и теперь с обеих сторон нависали стены. Редкие тусклые лампочки с трудом разгоняли полумрак коридора, а тишину нарушали только шаги парня. Вокруг — ни души.

«Сюда явно не хватает маньяка с бензопилой или сумасшедшего клоуна с топориком… — подумал он. — Для безудержного веселья, блин!.. Но вроде все верно, отсюда мы с отцом и шли. А вон и очередная табличка!»

И, немного успокоившись, что не сбился с пути, предложил другу:

— Хотел в лайтовый стрип-бар сгонять, пойдешь?

— В лайтовый стрип-бар? — Пережевывая обкусанные губы, задумался рыжий. — Смотреть на лайт-сиськи и пить лайт-пиво?

— Именно.

— А повод?

Костя весело фыркнул:

— Вечер!

— Отличный повод! — одобрил идею Филипп и посмотрел в сторону: — Мамка тогда сама уберется, не впервой… Остальные с нами?

— Лялик и Кэт? — уточнил Костя.

— А кто еще, Константинополь?

— Мало ли, — пожал тот плечами. — Наверное, с нами, не знаю. Ты первый, с кем я сфэйсился.

Филя понимающе кивнул:

— Разумеется. Я ведь твой лучший друг! Ладно, набери тогда Кэтьке, а я Лялику. Можем наоборот.

— Не-не, норм, — запротестовал Костя. — Давай, на связи.

— Угу.

Изображение пропало, сменившись прозрачной рамкой, и парень привычным движением убрал ее прочь. Убрал и резко остановился, не заметив за болтовней, как оказался в узком тупике с единственной дверью.

«Сколько можно повторять: при разговоре перемещай чат-окно в сторону, чтобы видеть, куда идешь! — злясь на собственную беспечность, сам себя пожурил Костя. — Так, и куда дальше?»

Огляделся — вокруг по-прежнему ни человека, ни андроида. Ни души. И тишина. Лишь тусклые лампочки потрескивают под потолком.

«Не помню, чтобы мы с отцом здесь проходили, — досадливо подумал парень и сердито нахмурился: — Неужели придется возвращаться? А-а, блин, столько времени потеряю!»

Костя попытался найти взглядом табличку-указатель… и смачно треснул себя ладонью по лбу! Громко пробормотал:

— Бываю же иногда болваном! — И поднес руку к виску.

Однако вызвать интерфейс «Разума», чтобы тот проложил маршрут до выхода, не успел — внимание привлек мягкий голубой свет, пробивающийся из-под единственной в этом тупике двери.

— Хм?

Предположив, что за дверью могут быть люди, которые, если попросить, откроют ему портал до квартиры, Костя вплотную приблизился к стальному прямоугольнику. Прислушался. Никаких голосов, только неясное приглушенное пиканье и тихий равномерный шум, будто от сотен маленьких пропеллеров.

Любопытно!

Заинтригованный необычными звуками, он дернул ручку вниз и слегка толкнул дверь.

Не заперто!

Исходящий из комнаты шум заметно усилился, а пиканье стало более громким и четким.

Костя осторожно просунул голову в образовавшуюся щель, но не разобрал ничего, кроме темноты… и включенного дисплея старого монитора! Тот стоял на письменном столе у противоположной стены, вполоборота ко входу. Древний артефакт докатастрофной эпохи — таинственный, неизведанный, странный…

Парень мотыльком впорхнул в комнату и завороженно двинулся навстречу голубому свечению.

Металлические стеллажи по обе стороны образовали длинный и узкий коридор. На стеллажах ритмично перепикивались прикрытые тьмой то ли стальные, то ли пластиковые ящики, поставленные друг на дружку и соединенные проводами. Громко гудели системы охлаждения, выбрасывающие наружу потоки горячего воздуха. В помещении было душновато.