В двух действиях
Действующие лица:
Вадим Вадимович Хламов – начинающий, но, как бы, перспективный дегустатор, 30 лет
Варан Гартанович Сидоров – начальник службы безопасности частного особняка, 40 лет
Марионелла Моисеевна Свардунг – технолог процесса дегустации специальной продукции, чуть младше Сидорова
Оба действия происходят в одном месте, в специальном кабинете
технического ежедневного инструктажа дегустаторов
Действие первое
Обычный, но просторный кабинет с двумя компьютерами, большим столом, несколькими креслами. Большие шкафы с книгами и документацией. Остановка строгая, деловая. На большом столе, кроме компьютеров несколько телефонных аппаратов, прибор селекторной связи. В одном из кресел сидит Хламов. Разумеется, при пиджаке и галстуке. Терпеливо листает какой-то бизнес-журнал с рекламными фотографиями.
Вздыхает, смотрит на часы, висящие тут же, на стене. Отложив журнал в сторону, встаёт с кресла и начинает прохаживаться по кабинету. Он отсутствующим взглядом, обозревает шкафы и, в целом, кабинет.
Резко раскрыв дверь, в кабинет входит Сидоров с папкой в руках. Садится в одно из кресел, развязывает тесемки папки. Жестом показывает Хламову, что он тоже должен сесть. Тот, пожимая плечами, садится.
Сидоров: – Извините, Вадим Вадимович, что заставил вас ждать. Но тут спешка, как говориться, не нужна. Не блох ловим, а занимаемся тем…
Хламов: – Чем?
Сидоров: – А вот иронизировать не стоит! Мы в течение текущего дня будем заниматься только тем, что объяснять вам лично, долго и кропотливо, терпеливо, чем вам предстоит заниматься и, простите уже, ещё раз основательно щупать, изучать, чем вы дышите и как… Вы проверены на сто рядов. Но, на всякий случай, Вадим Вадимович, кое-что проясним ещё раз. Это необходимо. От каждого нашего неверного, моего, конкретно, шага зависит, представьте себе, безопасность государства.
Хламов: – Не понял. Совсем не понял. Мы же не в Кремле и даже не в особняке обычного депутата городской думы, мы просто в доме у конкретного господина… Правда, в очень шикарном доме. Явно, тут дворец.
Сидоров: – У Виталия Тимуровича много таких дворцов и здесь, и за кордоном. Я вам замечу, что он господин очень конкретный, строгий, деловой, но справедливый. И вы правы, вы сейчас находитесь не просто в доме, а во дворце, который чуть поменьше знаменитого… Зимнего. Ну, знаете, есть такой. Сейчас там, в Питере, Эрмитаж располагается. А владелец всего вот этого… здания, где мы сейчас находимся, настолько важный, я подчёркиваю, господин, что вам и не снилось. Достаточно мне назвать его имя и отчество и вам всё станет ясно (торжественно и с придыханием). Да, представьте себе Вадим Вадимович, это тот самый Виталий Тимурович! Вот!
Хламов: – Мало ли Виталиев Тимуровичей ходит по белу свету, к примеру, в поисках работы или чтобы… иногда пожрать чего-нибудь.
Сидоров: – Не надо утрировать, в том месте, где даже мысли записываются на видеоплёнку. Это особый Виталий Тимурович, который… Ну, вам и не надо знать. Радуйтесь, что у вас есть работа, уважаемый господин Хламов.
Хламов: – Я радуюсь. Я понимаю, что тут… особый случай. Я просто так сказал про всяких разных Виталиев Тимуровичей… Я имею же право привести конкретный жизненный пример?
Сидоров: – Имеете право. Но пример не конкретный. Всё размыто. Если бы я был не культурным человеком, то я сказал бы, что у вас в голове – навозная жижа. Но из-за своей воспитанности и природной интеллигентности я не скажу, что вы хам и ничтожество. Тупейшие сравнения! Я не о себе. Я о том, что вы говорите. К слову сказать, наш Виталий Тимурович иногда появляется в телевизионной передаче, которая так и называется: «Вам и не снилось!». Сейчас, правда, такой передачи нет. Всякий сброд и нищету, видите ли, чужое счастье… раздражает. А каждому, даже не очень далёкому теперь человеку, ясно, что безопасность государства…
Хламов: -… и его народа.
Сидоров: – Не перебивайте, пожалуйста! Я говорю не о народе. Я говорю о более важном явлении: о государстве и тех господах, которых оно пригрело… Оговорился, с вами, тут! Чёрт возьми! Не пригрело, а просто обратило на их деятельность внимание и поддержало так, что они…
Хламов: – …не оказались в подвалах, на чердаках и канализационных колодцах.
Сидоров: – Вы начитались стихов не запрещённого, но не нашего, не народного… поэта Некрасова или там прозаика… Короленко, и потому, не вникая в суть вопроса, зубоскалите.