В этот момент она поняла, что Иосиф, хоть и не был ей мил сердцу, способен стать ей верным другом, опорой и защитником. Слёзы скользнули по её щекам, но в них уже не было горечи, а лишь светлая печаль по несбывшейся мечте.

Но сомнения все-равно терзали душу девушки. Она верила и не верила одновременно, что её ждёт достойная жизнь, наполненная покоем и благополучием. И в часы того сна, когда тень сомнений омрачала её разум, явился ей Ангел.

Он спустился с небес, сияя божественным светом, озаряя её скромную комнату. Его белоснежные крылья переливались перламутром, а лазурные глаза светились неземной добротой. Ангел склонился к ней, и его голос, подобный журчанию горного ручья, прозвучал в её душе:

"Не бойся, дитя моё," – сказал он. "Твоя судьба предначертана на Небесах. Тебе суждено стать женой Иосифа, ибо так повелел Господь."

Его слова пронзили её сердце, словно луч солнца, пробивающийся сквозь густую листву.

"Но как же Салом?" – прошептала она, чувствуя, как слёзы текут по её щекам.

Ангел улыбнулся, и его улыбка была подобна лучу света, пробивающемуся сквозь грозовые тучи.

"Салом – он тоже твой Ангел, как и я," – сказал он. "Ангел, посланный Небесами, чтобы защитить тебя."

Слова Ангела ошеломили её.

"Как это?" – воскликнула она, не веря своим ушам.

"Он будет рядом с тобой, хоть ты и не будешь видеть его," – пояснил Ангел. "Он будет твоим хранителем, твоей путеводной звездой. Он поможет тебе…"

Девушка затаила дыхание, чувствуя, как в её душе зарождается новая надежда.

"Я буду видеть его?" – спросила она.

"Да," – ответил Ангел. "Ты будешь видеть его, когда тебе будет особенно нужна его помощь. Он будет являться тебе в разных образах, но ты всегда узнаешь его."

В этот момент она вспомнила те странные сны, которые ей снились в последнее время. Сны, в которых ей являлся прекрасный юноша, спасавший её от опасности.

"Неужели это был Салом?" – спросила она.

Ангел кивнул.

"Да," – сказал он. "Он всегда будет рядом с тобой, даже если ты не будешь знать об этом."

С этими словами Ангел растаял, словно утренний туман, оставив после себя лишь сияющий след.

Мэриам проснулась с чувством спокойствия и умиротворения. Она знала, что теперь она не одна. У неё есть два Ангела – один на небесах, а другой на земле. Она была готова к новой жизни, полной испытаний, но и надежд. Она знала, что Салом будет рядом с ней, и это знание давало ей силы двигаться вперёд.

Прохладный зимний ветерок ласкал лицо, вдали виднелись холмы, укрытые пеленой тумана, словно небеса спустились на землю. Она украдкой наблюдала за ним. Его лицо, освещенное мерцанием костра, было спокойно и задумчиво. Густые волнистые волосы, обрамляли красивый профиль. И лишь в его глубоких и проницательных синих глазах читалась какая-то тоска, но вместе с тем, в них светилась доброта и тепло.

"Как же так?" – терзалась она сомнениями. – "Ведь Салом совсем не похож на посланника Небес. Вот он сидит, зябко обняв руками колени, а я, не раздумывая, отдала ему свой плащ и гладила его волосы. Он же такой настоящий, такой добрый, словно Ангел. Разве так может быть?"

Вдруг он поднял голову и, словно читая в ее глазах терзающие ее вопросы, улыбнулся. Улыбка его была печальной, но в то же время светлой…

Совсем недавно, в горах, юный Салом дремал, пока его чуткое ухо не уловило тихий шорох. Распахнув сонные глаза, он с изумлением увидел, как из тьмы, словно тени, к ним приближаются три фигуры.

Салом, затаив дыхание, словно завороженный дикий зверь, не смел ни шелохнуться, ни моргнуть. Перед ним стояли три человека, чей облик завораживал и пугал одновременно. Неужели это были те самые Волхвы – волшебники, маги о которых он с детства грезил, слушая сказки?

Первый из них был старцем, облаченным в длинный белый хитон. Его лицо, изборожденное морщинами, словно карта звездного неба, хранило на себе печать прожитых лет и мудрости. В его пронзительно-синих глазах, будто бездонных озерах, таилась вековая тайна. В руке он держал посох из темного дерева, увенчанный сияющим кристаллом.

Второй волхов был подобен восходящему Солнцу, озаряющему мир своим светом. Его кожа, загоревшая под лучами тропического солнца, сияла теплым золотом. Темные, как смола, волосы, коротко остриженные, обрамляли лицо, полное спокойствия и мудрости. Глаза, глубокие и проницательные, словно два черных озера, отражали бесконечность ночного неба. На поясе его висел кинжал с рукоятью из слоновой кости, искусно украшенной хитроумными письменами.

Третий же… Стоп, да это же не он, а она! Одетая в ниспадавший красивыми складками плащ из небесно-голубой ткани, откинув капюшон, очаровала его своей неземной африканской красотой. Потому что без капюшона он видел ее еще хуже, чем в нем. Кожа ее была так черна, что сливалась с темнотой ночи, и лишь отсвет ультрафиолетовых теней делал ее видимой на фоне этого нереального мира. Её волосы, цвета воронова крыла, ниспадали волнами на плечи, а в глазах, цвета ночного звездного неба, отражались все краски мира. В руках она держала цитру, из которой доносились чарующие мелодии, будто пение райских птиц.