Даша и Кристина нашли свою комнату в самом конце коридора. Она была маленькой, с двумя кроватями и единственным окном, выходящим на озеро. Воздух внутри был холодным, таким холодным, что пробирал до костей.

Кристина бросила свою сумку на кровать и рухнула рядом с ней с протяжным стоном.

– Это место меня пугает.

– Согласна, – пробормотала Даша, стоя у окна. Она смотрела на озеро, его поверхность была неподвижной, жутко спокойной. За ним темнел лес, мрачный и непроходимый. Она думала о людях, которых они видели, о их странных улыбающихся лицах. Тревога терзала ее, отказываясь утихнуть.

– Может, это просто странности маленького города… – предположила Кристина, садясь и потягиваясь. – Давай не будем слишком много думать об этом.

– Может… – Ответила Даша. Но голос ее прозвучал отстраненно.

Следующие полчас они провели, распаковывая вещи и почти не разговаривая. Даша чувствовала беспокойство, ее нервы дрожали, как тревожный звонок в глубине сознания. Комната казалась душной, словно воздух был слишком густым, чтобы дышать.

– Хочу на свежий воздух, – резко сказала она. – Пойдешь со мной?

– Почему бы и нет, – отозвалась Кристина, поднимаясь с кровати.

* * *

Утро плавно перетекло в ранний полдень, и город С. казался более оживленным, но не менее тревожным. Воздух снаружи стал тяжелее, и бледный свет, просачивающийся сквозь облака, мало что делал для того, чтобы разогнать гнетущую атмосферу, окутавшую город.

– Какой-то город-призрак, блин, – сказала Кристина. Они шли по узкой улочке, под ногами скрипел гравий. – Даже когда вокруг есть люди, кажется… будто на самом деле их здесь нет.

Даша огляделась, то же чувство тревоги, которое она испытывала с самого приезда, терзало ее изнутри. Сейчас людей было больше, чем когда их автобус въехал в город. Но их присутствие не делало это место более реальным. Скорее, оно становилось еще более нереальным. Каждый встреченный ими человек носил ту же тревожную улыбку – слишком широкую; слишком натянутую.

– Да, – пробормотала Даша, пытаясь стряхнуть с себя дискомфорт. – Как будто они все смеются с какой-то шутки, которую мы не понимаем.

Они завернули за угол и оказались на площади – просторном открытом пространстве, окруженном старыми каменными зданиями. В центре стояла высокая, потрескавшаяся статуя мужчины, его каменные руки были вытянуты, словно он их приветствовал – или же отгонял прочь.

Взгляд Даши упал на витрины соседнего магазина, и дыхание перехватило в горле. В каждой из витрин висело по большому плакату. Они отличались друг от друга цветом бумаги, но объединяло их две вещи: фотографии одних и тех же двенадцати подростков, парней и девчонок; их лица выражали серьезность, смешанную со смутной надеждой. А также надпись на всех плакатах была одна и та же; она гласила: «НАШИ ГЕРОИ».

– Эй, посмотри-ка на это, – сказала Даша, толкнув Кристину и указала на плакаты.

Кристина подошла ближе, щурясь на лица.

– Это что? Местная спортивная команда?

– Не думаю, – Даша пожала плечами.

Кристина нахмурилась. И наклонилась рассмотреть повнимательнее.

– Мда, странно все это. И тогда они герои… чего?

– Без идей, – пробормотала Даша, пристально глядя на плакаты. Что-то в этих лицах ее беспокоило. Они не улыбались, не так, как все остальные в этом городе. Выражения были серьезные, почти обреченные. По спине пробежал холодок.

– Они не выглядят так, будто хотят быть героями, – тихо сказала она.

Кристина фыркнула, отойдя от витрины.

– Может, они просто суперсерьезные по поводу того, чем тут занимаются.

Даша не знала, что и сказать. И при этом она не могла избавиться от чувства, что что-то не так с этими плакатами – с тем, как дети выставлены на витринах магазинов. Выставлены, словно… трофеи. И это было не два и не три магазина – они прошли мимо еще одного, и еще, и в каждом те же двенадцать лиц смотрели на них.

– Они повсюду, – прошептала Даша, ее беспокойство росло с каждым шагом. – Почему одни и те же двенадцать детей в каждой витрине?

Кристина пожала плечами, ее беззаботное отношение начинало давать трещины.

– Может, это какая-то местная традиция или что-то в этом роде. Каждый год выбирают группу детей и делают из этого большое событие.

Даша снова оглядела площадь. Горожане – эти неестественно улыбающиеся фигуры – ходили туда-сюда, бросая на двух девушек те же натянутые улыбки. Будто они ждали, наблюдали за чем-то.