— Медитирую. Не пугайся...

Все же подняла голову от стола, придерживая руками. Мало ли, взаправду отвалится...

— Вчерашние проекты, что мы запустили в работу, одобрены, и через два дня начинаются «грязные» работы. А ещё...

Пока она безостановочно болтала по делу, я старалась усвоить всю словесную щедрость девушки у себя в раскалывающейся головушке. Когда Дарья ушла, меня одолела очередная волна боли во всем теле из-за внезапно завибрировавшего телефона.

— Да, Михаил Васильевич?

— Доброе утро, Светлана. Поднимитесь ко мне через пятнадцать минут.

— Слушаюсь и... — чуть не добавила «повинуюсь», запнулась. — И... и слушаюсь.

Начальник какое-то время молчал, а после отключился.

За десять минут постаралась замаскировать пудрой фонарь у себя на лице, боже, как звучит-то...

Прихватила немного мятые эскизы и поплелась к лифту. За ночь я успела не так много, но несколько интересных набросков всё же сделала.

Главное, чтобы Власов оценил мои теплицы. Куполообразные и треугольные теплицы, что соединяются мостиками, которые в дальнейшем будут маскироваться под зеленые коридоры из живых растений. В остальном получились лишь каракули с намеком на беседки и уличные зоны для отдыха.

Постучалась в начальственную дверь после того, как моя тезка оповестила босса о моем появлении.

Стараюсь сделать вид, что со мной всё в порядке, когда захожу в просторный кабинет Власова. Мужчина поднялся с рабочего кресла, какой джентльмен, и, указывая рукой на стул в приглашающем жесте, продолжал с кем-то спорить по телефону.

Села. Сижу. Жду. Волнуюсь. Михаил обошел стол и остановился неподалеку от сидящей меня.

— Я отправлю к вам своих юристов для решения этого вопроса, раз договориться у нас не получается. У вас есть время до завтра, чтобы передумать или предложить подходящую обеим сторонам альтернативу. До встречи.

Мужчина отбросил на стол телефон.

— Светлана Васильевна, — и смотрит, не мигая. — Вижу, вы уже что-то подготовили. Покажете?

— Да, но это черновые наброски. Но я могу вам рассказать в подробностях о своих идеях насчет санатория.

Нерешительно отдала мужчине заметно помятые листы с набросками. Он начал внимательно рассматривать и перебирать их, и тогда я, не выдержав, встала и забрала их обратно, разложив на его дорогом столе. Рассказала кратенько, что и как, на что Власов лишь задумчиво кивал. Мужчина задал несколько вопросов, а потом как-то странно начал рассматривать мое лицо. Засмущалась и опустила голову к тем самым фонарям.

— Я подумала, что было бы очень интересно и запоминающе, если сделать несколько беседок с «живой» крышей.

— Интересно. Про теплицы вы придумали очень в тему. Мне нравится.

Постукивая пальцем по столу, он, склонив голову набок, задумчиво протянул:

— Отдайте наброски архитектору, пусть проработает, и через несколько дней мы будем выносить готовые эскизы теплиц на собрание. Светочка, у вас что-то на лице.

Залилась краской.

Всё-то он видит! Неужели не мог просто промолчать?

— Не обращайте внимания, Михаил Васильевич, — спешно собираю со стола наброски, но заминаю: — У меня вопрос.

Власов с ненавязчивой улыбкой двинулся к своему креслу, скользя пальцами по поверхности стола.

— Какой?

— Ам... Проект санатория. Вы уже решили, кто будет заниматься ландшафтом?

Хитро так стрельнул в меня зелеными глазами Михаил и, расстегнув пуговицу пиджака, сел в кресло.

— А вы хотите им заняться?

Вопрос показался мне провокационным.

— Если честно, то ради этого проекта я приняла ваше предложение. Но я не претендую. Решать вам... Я также слышала, что особо отличившийся дизайнер по ландшафту получит какой-то очень интересный проект.

— Да. Этот проект — тот самый «супер-пупер».

Молчу. Прижимаю к груди горстку листов и мнусь с ноги на ногу.

Чего он так смотрит? Я что, выставочная обезьянка?

— Светлана, я хочу вас отправить на обучение, — заинтригованно смотрю на мужчину. — Для беспрепятственной работы с растениями из Красной книги требуется разрешение и подтверждение вашим знаниям. Что скажете?

Опа... Тут-то моя челюсть и отвисла. Насколько мне известно, получить данные лицензии или... Как их там правильно называют? Весьма дорогостоящее удовольствие.

— Не волнуйтесь так. Расходы на себя берет фирма. Нужно лишь ваше согласие.

— Да! — неожиданно борзо вырвалось из меня, но я поспешно исправилась опустив глаза: — Ой... Я согласна.

— Вот и отлично. Со следующей недели приступите. Мой секретарь вас посвятит в детали, а пока... Что у вас все-таки на лице? Это фонарь? Я такой же видел в набросках.

Густо покраснела и приложила руку к лицу.

— Могу я идти?

Понимает, что отвечать я не горю желанием, Михаил насмешливо прищурился. И улыбается, как чеширский кот, серьезно!