Старик сначала любезно усадил меня в кресло, которое оказалось удивительно удобным, не смотря на невзрачный вид. Затем поковырялся в дальнем правом углу и достал пучок трав, связанных в тугую скрутку, поджег один конец и положил в глиняную чашу на тумбу рядом со мной. Приятный, мягкий аромат благоухающих трав быстро наполнил небольшую комнату. По правде говоря запах этих растений был чуть ли не гипнотизирующим, ибо я всем телом прочувствовал ка он наполняет меня умиротворением, даря душевный покой и клоня в сон. Я бы наверное прямо в тот момент и заснул, не вынуди себя бодрствовать против сладкого желания задремать. Хозяин дома тоже кажись почувствовал то же самое, ибо молчал, уставившись в одну точку. Но через пару минут взглянув на меня, поинтересовался на счет причин моего визита.

Первым делом поблагодарив добродушного старца за столь большое радушие, я поведал ему свою историю, об недуге преследующий меня с самого детства. Рассказал как мне чудилось всякое, пока не вступив во взрослую жизнь не обрел контроль над своими галлюцинациями. И о том, что долго ищу способов полностью излечиться, так как ночные кошмары не дают нормально высыпаться, а из-за осадка возникающего после беспокойного сна редко бываю в хорошем настроении. Многое и сказал по счет того где и как безрезультатно пытались меня вылечить. Не забыл и упомянуть, что моей болезни есть и положительная сторона. Главное из которых невероятно хорошая интуиция, граничащая с предвиденьем, не раз выручавшая меня в жизни.

Одна из первых историй произошло в детстве, когда еще был совсем ребенком. Я и несколько моих приятелей захотели посмотреть на то как трогается лед. Была ранняя весна и уже несколько дней стоял оттепель, на склонах холмов снег почти растаял и начал подтаивать даже в самых глубоких ущельях. Тонкие струйки талой воды выжатые из рыхлого снега весенним солнцем, спеша объединялись в холодные прозрачные ручейки, стекающие в реки из крутых берегов протяженного русла, медленно и постепенно наполняя реку силой. Трое из мальчишек решили спуститься ближе к воде, однако я, настороженный непонятно откуда взявшимся чувством тревоги, отказался пойти за ними, за что был назван трусом и оставлен в одиночестве издалека лицезреть на плачущие берега, к моему счастью, как потом оказалось. Через пару минут я стоял оцепеневший от ужаса пораженный силой стихии и смотрел как разъярённая река, неостановимая в своей ярости, смывает моих троих друзей. Их нашли вниз по течению в грязной холодной воде. Река пронесла их несколько километров, пока не потеряла изрядную долю своего напора в широкой части русла.

Другой случай. Я баловался в заброшенной стройке с соседним мальчишкой. Мы мнили себя исследователями древних руин, коим м казались эти наполовину разрушенные давным-давно заброшенные постройки, и намеревались обшарить каждый угол этих таинственных развалин. И в самый последний момент, когда уже захотел перейти через бетонное перекрытие, в голову вновь ударило чувство надвигающей опасности, вынудивший немедленно остановиться и подготовиться встретить грозящую угрозу. Немного придя в себя я решил бросить большой блок на перекрытие по которому хотел перейти. Под тяжестью брошенного камня, плита треснула прямо по середине и провалилась глубоко вниз. На дне ямы, как частокол в волчьей яме торчали сотни прутьев арматуры из не доделанной части фундамента. Если бы не мое предчувствие, то был бы тогда нанизан на те ржавые прутья, словно глупое дикое животное, попавшее в банальную ловушку.

Или совсем недавно, когда допоздна засиделся в баре, случился конфликт с одним подвыпившим мужчиной, который грозился перейти в драку. Я случайно задел его плечом, на что тот среагировал крайне агрессивно. Никакие извинения и обещания компенсировать причиненное неудобство никак не помогли успокоить его. И как бы не старался уладить всё миром, ничего не получилось. Теперь я думаю, что он намеренно искал с кем бы сцепиться, по неведомым мне причинам. В конце концов, в ту злосчастную ночь, на меня накинулись ножом. Удар был слишком быстрым и неожиданным, чтобы как-то его увидеть и увернуться намеренно, лишь благодаря сверхъестественному чутью мне удалось уцелеть, за доле секунды до удара уклонившись и опрокинув противника на грязный пол проклятого бара. После этого нападавший убежал, обронив нож. Быть может испугавшись неожиданного отпора или потеряв эффект неожиданности.

Я поведал еще несколько подобных историй, а он внимательно слушал, впитывая каждое мое слово. Возбудившись собственным рассказом я лишь через некоторое время заметил, что от запаха благовоний, до этого даровавшие расслабление и умиротворение, разболелась голова. Поэтому договорив, вежливо попросил убрать эти травы. Тогда он встал, убрал дымящийся горшочек и положил вместо него старую масляную лампу. Уже начало темнеть и свет был как раз кстати. Затем старик сел и немного помолчав спросил:

– Вот вы сказали, что способны предвидеть опасность. Но ваши истории во многом схожи и имеют отношение только непосредственной опасности, которая способна вас убить и, не маловажно, в очень скором будущем. Более того, судя по вашим словам, вы предчувствовали угрозу, практически за миг до того как последует событие, после которого невозможно никак повлиять на будущее. Так скажем, когда остается последний шаг или доля секунды. То есть не послушай по упрямости или гордости собственную интуицию и беды не миновать. Или помедли чуточку и риск увернуться от удара оказывается ничтожным. Или быть может ваше предчувствие знает сколько вам понадобится времени на то, чтобы избежать опасности и срабатывает с небольшим запасом? Подобно как наши пальцы чувствуют жар до прикосновения к горячей поверхности.

Я ответил, что скорее всего так, ибо мне всегда хватало времени, чтобы увернутся от опасности. А что насчет гордости и того подобного, то после первого раза, когда увидел беспомощные тела друзей уносимые бурлящим потоком, я понял, что буду безоговорочно доверять своему чутью.

Конец ознакомительного фрагмента.