Акхель оживляется. Обычно главный егерь все больше молчит. Сам прочих слуг сторонится и его сторонятся. А тут – на те.
– Кого ищет?
– Духа лесного. Короля Ольхи. Слыхал?
Аки настороженно кивает – как не слыхать. Везде в округе одно – лес. Деревеньки, к опушке дворами будто пристегнутые. Частокол от дикого зверья сбережет, от него нет. Он прокрадется тенью, если захочет, волком обернется, корову в хлеву задерет забавы ради, мяса не тронет. Захочет – дичь уведет, так что от голода животы вспухнут у всего села. Захочет – душу заблудшую заберет. Ему только молиться, носить дары на опушку и помнить, что в здешних краях два Господина.
– А зачем ищет-то?
– Отомстить. Когда-то… Давно. Все здесь было иначе.
Кости у Герхарда ноют – быть дождю. Может, и правильно рассказать все мальчишке. Молодой, да пытливый – давно расспрашивал. И ведь ему-то жить в замке. Ему быть главным егерем и служить королю, когда самого Герхарда не станет.
