Иногда к ней заходили поболтать знакомые куртизанки. Феодора жила в бедном шумном квартале, среди ремесленного люда, их сварливых жен и чумазых детей. Соседи неодобрительно косились на гостей странной молодой особы. Эти женщины, увешанные драгоценностями, в дорогих туниках, откуда они?

Пару раз сюда заглядывали Антонина с Хризомалло и уговаривали ее вернуться домой.

— Я не могу тебя понять, — возмущалась Антонина. — Ты — первая куртизанка города. Что тебе мешает быть с нами? Ты потратишь впустую несколько лет, а потом все равно вернешься.

— Что ж, может, и так.

— А что ты будешь делать, когда кончится твой «испытательный срок»? — грустно спрашивала Хризомалло.

— Еще не знаю. Время покажет.

Подруги ходили в недоумении. Но они не оставили без внимания то обстоятельство, что их бывшая компаньонка одета слишком изысканно для простой прядильщицы — дорогая туника, тонкие благовония, косметика. Наверное, решили они, Феодора ждет кого-то или чего-то. И оказались недалеки от истины.

Феодора действительно ждала. Она теперь умела ждать. Но ей выпало самое худшее — ожидание неизвестного, почти несбыточного. Она бережно хранила письмо Македонии. Лицо, которому письмо было адресовано, находилось так высоко и было так недосягаемо, словно обитало на небесах.

По утрам Феодора ходила к воротам Халк, надеясь встретить там кого-либо из влиятельных людей, знавших ее. Тогда появилась бы возможность передать письмо в канцелярию наследного принца. Однажды она приметила разодетого и напомаженного молодого человека, с торжественным видом направлявшегося во дворец. Феодора узнала его и радостно бросилась навстречу, размахивая письмом.

— Герон! Герон!

Он взглянул в ее сторону и торопливо юркнул в ворота.

Феодора остолбенела. И это был Герои, когда-то рыдавший у ее ног, унижавшийся перед ней, мальчишка, которым она помыкала? Ошибки быть не могло. Щенок узнал ее и поспешил скрыться. Боже, какое унижение — прежний любовник пренебрегал ею!

Позже она узнала, что юноша женился на некрасивой дочери сенатора Тестера, получил должность в иностранном департаменте и теперь мечется, как загнанный, между своей прежней беспутной жизнью, унылой супругой и суровой тещей.

В растерянности Феодора замешкалась у дворцовой стены с письмом в руке.

— Что это у тебя, детка? — раздался голос прямо у нее над ухом. Феодора спрятала письмо за спину.

— Ничего… так, обычная записка.

— Кому? — эскувит попытался схватить девушку за руку.

— Никому, пустяки, ничего интересного…

— Дай-ка мне эту записку, детка!

— Нет, нет!

— Ну, так я сам возьму!

В панике Феодора пустилась наутек. Эскувит схватил ее за платье, тонкая ткань затрещала. Догнать девушку не составляло труда. Но в эту минуту ворота распахнулись и оттуда выплыл октофорон. Эскувит выругался и неохотно вернулся на свой пост. Девчонка, скорее всего, шлюха, и записка — для ее любовника, кого-нибудь из дворцовых слуг.

Феодора долго не могла прийти в себя. Она не должна так рисковать, весь план мог рухнуть из-за слепой случайности. Платье, подарок Македонии, было безнадежно испорчено, их осталось у нее всего два.

На следующее утро Феодора появилась на площади Афродиты. Айос восседал в своей корзине у ног мраморной богини. Он осклабился, завидев старую приятельницу.

— Святой Лазарь, покровитель всех нищих! Неужто это ты, малышка? Когда ты вернулась?

— Совсем недавно.

— Как ты поживаешь?

— Неважно. Длинная история, я тебе как-нибудь расскажу. Твои люди очень помогли мне.

— Да, до меня дошли слухи.

— Айос, я хочу попросить тебя кое о чем. Еще об одной услуге.

Нищий заерзал в корзине.

— Обращаться к нищему все равно что обращаться к ветру, — повторил он городскую поговорку.

— Я такая же нищая, Айос, ты же знаешь.

— Что за услуга?

— У меня есть письмо. Его нужно передать.

— Кому?

— Принцу-правителю.

Глаза нищего сузились.

— Юстиниану?

Феодора кивнула.

— Письмо написано Македонией.

— Понимаю, — нищий лукаво улыбнулся, — Македония написала, ты передаешь. Захотелось в спальню принца?

— Македония считает, что я могу ему понравиться.

— А ты не слишком ли высоко метишь, девочка?

— Айос, это моя единственная возможность. Умоляю, помоги мне!

— Возможность! — проворчал Айос. — Нелепая выдумка! Ты считаешь, что принц, который может выбрать любую, станет посылать на улицу Женщин за неизвестной деликатой?

— Я не живу на улице Женщин!

— Надо же! А где?

— Я теперь скромная пряха.

— Хм, пряха… Неплохо придумано. Принцу куда удобнее послать за пряхой, чем за куртизанкой. Это решила Македония?