– Да ну? Как его зовут?

– Ваня.

– Ты бы видела свое выражение лица при произнесении его имени, – Софи довольно ухмыльнулась. – Он уже пригласил тебя на свидание?

– Нет, я же говорю, что, возможно, он не одинок. Он очень странный, – зачем-то шепотом произнесла я и рассказала подруге обо всем, что происходило между мной и Ваней за эти дни. Рассказ вышел не таким продолжительным, как хотелось бы.

– Ох уж эта мужская дружба! Но главное, он же сам сказал, что ты ему интересна! – заключила подруга и широко улыбнулась. – Что еще мы знаем об Иване?

– Ничего, – развела я руками.

На самом деле, я знала о нем чуть больше, чем раньше. Все благодаря Рите, которая сама того не замечая, рассказывала о Ване важные для меня детали. Он отстаивает нашу школу в футболе, являясь одним из лучших полузащитников, участвует в олимпиадах, а еще, помогает в учебе отстающим. Кроме того, я и сама, украдкой наблюдая за Ваней, видя, как он общается, как приходит на помощь одноклассникам, убеждалась, что он очень хороший парень. Но этот хороший парень, видимо, не для меня.

– Не густо. А он есть в соцсети? – прищурившись на меня, спросила подруга.

– Этого я не знаю. Я только Риту, мою соседку по парте, в друзья добавила. Ты же знаешь, я не часто захожу на свою страничку… – Ну почему, почему эта идея не пришла мне самой в голову?

– В чем проблема покопаться у нее в друзьях? – лукаво улыбнулась Софи.

– Проблема есть. Зачем мне это надо? Может, я вообще ему не нравлюсь?

– Ты то? Ты себя в зеркало видела? Не хочешь сама, посмотрю я. Какая у него фамилия? – самодовольно спросила она.

– Не скажу! – таким же самодовольным тоном проговорила я. – Я пойду спать, пожалуй, или читать. Я еще не решила.

– Спокойной ночи. И удачно тебе… поспать. – Софи показала язык, и прежде чем я отреагировала на ее жест, отключилась.

Я нервно выключила ноутбук. Ну почему моя подруга так хорошо меня знает? Ну уж нет! Не буду искать Ваню в интернете. Я достала наушники из ящика стола, быстро воткнула в уши, и включила первую попавшуюся песню на высокую громкость, превышающую допустимую слышимость. Опасно для слуха, но еще опаснее слушать свое сердце. Я всегда включала на полную громкость свои любимые группы, чтобы успокоиться и настроиться на съемку. Но сегодня любая музыка влияла на меня совсем не вдохновляюще, а скорее наоборот. Я с раздражением кинула наушники вместе с телефоном на кровать. Телефон остался жив, кровать тоже. Я достала электронную книгу, и пока листала список закачанной литературы, заметила, что моя нога дергается, как у эпилептика.

Я положила книгу на стол, прошлась по комнате из стороны в сторону, заглянула в окно. На улице было темно. А как еще может быть в полночь, если это не белые ночи в Питере! Интересно, в каком доме живет Ваня, или он был здесь просто в гостях? Поймав себя на этих мыслях, я резко задернула занавески. Ну откуда взялся мой интерес к этому парню? Да красивый, да интересный, да не такой уж обычный. Мало ли таких особенных стирают подошвы своих ботинок об эту огромную и необъятную Землю?

“Такие, как он, могут стать самым большим счастьем или самым большим несчастьем в твоей жизни, деточка. Обычно, случается второе”, – говорила мне позапрошлым летом моя бабушка, когда я, чуть отойдя от свалившегося на всех нас горя утраты, при ней засмотрелась на очень красивого парня, проходящего мимо и подмигнувшего мне. Тогда я не восприняла ее слова всерьез. Ведь, в шестнадцать лет вообще ничего не воспринимаешь всерьез, когда вокруг лето, морской бриз и чайки летают над головой, надрывно крича о любви. И есть только солнце, тепло, бьющее через край, и где-то там парит ощущение призрачного счастья. И хочется нравится красивому мальчику, целоваться с ним и танцевать под темным небом, усыпанным сотнями звезд, и самой быть той звездой, что светит только для него, и гореть, гореть, гореть… Но потом оказывается, что парень любит, когда для него горят, но сам гореть не хочет, а хочет от тебя все большего и большего, и ждет, когда ты сгоришь дотла. Бабушка оказывается права. Звезда гаснет, не горя желанием светить кому-нибудь еще.

И вот сейчас, спустя несколько лет, я, в пока еще более менее ясном сознании, не замутненном поцелуями и танцами под звездным небом, понимала, что хочу вновь гореть, даже не зная, какой вариант из бабушкиного изречения мне уготован.

Я подошла к туалетному столику, взяла расческу и начала свой обычный вечерний ритуал, приводящий мои волосы в идеальный порядок. Раз. Два. Три. Четыре… Я взглянула на себя в зеркало, и не узнав эту девушку с горящим взором, тут же бросилась к ноутбуку. Мне казалось, что так долго он еще не включался. Я нервно теребила прядь волос, ожидая пока загрузится сайт.

Тут же мне пришло насмешливое сообщение от Софи: “Ну что, не вытерпела?” Я не стала ей отвечать и начала поиск Вани в друзьях у Риты. Сердце стало стучать сильнее, когда я увидела его профиль. И секунды не раздумывая, я щелкнула мышкой на его фотографию. На аватарке он был таким обаятельным, покоряющим своей широкой улыбкой, парнем, в белой футболке, облегающей его стройное мускулистое тело… Я судорожно сглотнула. В первую нашу встречу он показался мне худым, но оказалось, что его одежда скрывала очень красивое спортивное тело. Может ли парень быть настолько идеальным? Я поймала себя на мысли, что вновь и вновь задаю себе этот вопрос.

Его профиль почти не был заполнен, поэтому я продолжила смотреть фотографии. Вот он с друзьями катается на роликах в каком-то парке; вот он на горнолыжном курорте улыбается своей идеальной улыбкой; вот он в обнимку с большой и лохматой собакой дворовой породы (у него есть собака?); вот он на рок-концерте; вот он смеется в компании той самой рыжеволосой девушки, и она подписана как его двоюродная сестра (Тысячи раз ура! Это не его девушка!)… Но что толку от этого, если Ваня со мной не общается?