Во всём мире только эти три слова могли остановить меня. Моя рука застыла на ручке двери, а тело напряглось.

– А я люблю её! Я, бл***, уже двенадцать лет люблю её!

– Одному придется отступить. Тебе придется это сделать,– спокойно произнес папа.

– Я не сделаю этого,– обернувшись, сказал я. Мой взгляд был прикован к его глазам, в которых промелькнула злость.

– Майя выходит замуж через неделю. Они любят друг друга, поэтому ты не можешь влезать в их отношения. Ты не будешь разрушать их брак, Асхаб.

– Любовь длиною в пол года против чувств, которые длятся двенадцать лет. Тебе не кажется, что я заслужил свое право на неё?

– Ты готов убить его, и разбить сердце Майи? Хочешь, чтобы она страдала? Хочешь видеть, как она будет плакать днями и ночами?

– Нет!

– Тогда сделай то, что может только любящий человек. Отпусти её.

– Отпустить,– усмехнулся я и вышел из дома.

Послышался сигнал автомобиля, и мой взгляд упал на Арсена. Он кивнул мне, чтобы я сел в его машину. Я так и сделал.

– Куда хочешь поехать?– спросил он, покосив на меня взгляд.

– Сегодня будут бои?

– Да.

– Поехали в клуб. Хочу сломать кому-нибудь кости,– прохрипел я.

– Хорошо.

***

Майя

Мы вернулись домой в странной тишине. Никто не разговаривал. Все были такими серьезными. Я не понимала причину такого настроения моей семьи.

– Майя,– позвал меня папа, когда я собиралась подняться в свою комнату.

– Да.

– Нам надо поговорить.– Он указал взглядом на кресло рядом с собой.

– Хорошо.

Папа выглядел очень уставшим и злым. Его темные глаза стали еще темнее. Это заставило меня немного занервничать. Я покосила взгляд на маму и Саада. Они даже не смотрели в мою сторону.

– Что происходит?– беспокойно спросила я.

– Майя,– папа глубоко вздохнул,– ты уверена в своем желании выйти замуж за Ваиза?

Теперь я поняла в чем дело. Никому в доме не нравился мой выбор. Даже Саад, всегда поддерживающий меня, был против моей свадьбы с Ваизом.

– Уверена,– твердо ответила я.

– Если вдруг ты передумаешь, то можешь сказать об этом даже в день свадьбы.

– Папа, ты против того, чтобы я вышла замуж за Ваиза. Я это уже поняла. Но я не передумаю. Неужели так тяжело принять мой выбор?– с обидой в голосе спросила я.

– Мы приняли твой выбор.– Он наклонился вперед и посмотрел мне прямо в глаза.

– Поэтому хотите отговорить меня от брака? Я устала постоянно отвечать на одни и те же вопросы. Вам не нравится его семья. Вам не нравится он сам. Вам ничего не нравится.

– Дело не в этом, Майя.– Папа взял мои руки в свои.– Понимаешь, дочка, ты входишь в чужую семью. Они не такие, как мы. У них свои правила и традиции, которые тебе придется соблюдать.

– Я знаю, пап.

– Одно дело знать их, а другое понимать и принимать.

– Я смогу. Ваиз поможет мне с этим.

– Это не будет так легко, как тебе сейчас кажется. Ты влюблена и думаешь сердцем, не замечая ничего вокруг себя. Я знаю, что мои слова не доходят до тебя. Это все равно, что биться головой о стену.

– Я могу сказать тоже самое, пап,– упрямо заявила я.

– Майя, мы желаем тебе только счастья,– вмешалась мама.

– Мне так не кажется. Вы хотите свести меня с ума. Мне двадцать четыре года! Я вполне взрослый человек, и сама могу принимать решения!– повысила я голос.

– Не кричи на маму,– с нотками злости в голосе предупредил меня папа.

Я вырвала свои руки из ладоней папы и пошла в свою комнату, громко хлопнув дверью. Из глаз полились слезы, которые я принялась судорожно вытирать. Я ненавидела плакать. Это было проявлением слабости. Но сейчас я была действительно слаба. Мне хотелось побыстрее выйти замуж, чтобы сбежать из этого дома. Я устала от постоянных вопросов и попыток отговорить меня от брака. Очень сильно устала.

Сердце неожиданно пронзило острой болью. Оно и так ныло по пути домой. Я села на кровать, и попыталась восстановить дыхание. Такое уже случалось раньше, поэтому я не была удивлена. Я даже проверялась у кардиолога, но он сказал, что со мной все в порядке. Вслед за сердцем заболела голова. Наверное, я сильно перенервничала.

***

Асхаб

Какой же жгучей может быть сердечная боль. Она сдавливала грудную клетку, разрывая меня напополам. Даже удар по голове не заглушал её. Я усмехнулся.