Впрочем, нет, след был! Мы опустились там, где человечек ожидал найти огромный город. И на этот раз он выскочил первым, с надеждой, запасы которой были у него воистину неисчерпаемы. Однако это уже не был тот человечек, какого мы знали. Что-то в нем надломилось, и если он минутами оживал, то это был только слабый огонек по сравнению с прежним костром энергии и энтузиазма, который он разжигал в себе при первой же возможности.

Под слоем почвы, корней и перегноя мы обнаружили слой сыпкой ржавчины, а под ней остатки бетона. Это уже было кое-что и могло сойти за то, что когда-то было огромным городом. Букет погладил человечка по спине и сказал:

– Порядок, ты был прав, тут должен был лежать чертовски большой город...

– Чертовски большой, представляю себе...
– повторил я следом.

– Ничего ты себе не представляешь!
– прервал человечек. Он передернул плечами, словно смахивая с себя прикосновение Букета. Топая ногами, сжав кулаки, он хрипел с бешеной ненавистью:

– Нет! И вы оба, и я сам ошиблись, ха-ха-ха... Я обманул вас, и дайте мне покой, черт побери! Тут не было ничего, кроме песочных куличей: эти домики из морской пены, эти мосты из соломы... Я врал, что тут была какая-то цивилизация...

Бессмысленно бормоча, он опустился на землю. Я заметил, что Букет держит палец на спусковом крючке баллона с усыпляющим газом.

Я был рядом, когда человечек открыл глаза. Казалось, он должен был все забыть, но тут же, словно двадцатичасовой сон ничего не значил, схватив меня за комбинезон, тревожно спросил:

– Взрыв?

Я непроизвольно погладил его, но он даже не обратил на это внимания.

– Нет!
– ответил я: мы уже знали результаты исследований Букета. Они покинули эту планету, улетев неизвестно куда. Никакого взрыва не было. Однако, - добавил я, - три тысячи лет - это достаточный срок, чтобы разрушить....

Он опустил кусочки кожи, за которыми скрывал глаза, и я замолчал. Тогда он попросил, чтобы мы еще раз попытались поискать.

Мы были в воздухе, когда динамики заговорили голосом Варкса.

– У меня для вас кое-что есть, - сказал он как-то странно.
– Чертовски глупая история. У меня была связь с базой; это и есть планета, которую мы покинули, перебираясь к Аль-Тарфу... И... и, - он заикался, - очень прошу вас, ребята, перестаньте гладить его по голове, потому что... потому что, может, вы гладите собственного пра-пра-прадедушку...

Солнце выглянуло из-за горизонта, утренний ветер шевелил кроны деревьев. Раздвинув ветви, мы вышли из кустарника. Он шел впереди, глядя на его огромные уши и шерсть на голове, я начинал понимать его злость. Он еще ничего не знал. Но теперь найти что-нибудь стало нашей обязанностью.

А потом мы увидели их. Ничем не заслоняемые острия граней резали небо, и все мы были перед ними такими маленькими... Сначала в лучах солнца они были красными, а потом - по мере того как оно поднималось выше, - разгорелись до белизны. Ветер овевал их сорванными с пустыни вуалями сыпучей пыли. И тут мы поняли, что время не властно над ними, что все здесь пережили только они одни!

– Теперь вы видите!
– крикнул наш предок.
– Посмотрите на эти пирамиды. Я уверен, что подобное вам никогда даже и не снилось.