Впрочем, я увиливаю от ответа, это просто слова — и, объявив их просто словами, я никак не приближаюсь к той истине, к которой в итоге обращаются многие из нас, потому что истина, пусть она и превращается в неудобство, когда ее так много, что уже и не снести, или когда ее ощутимо не хватает, все же — мы на это надеемся — и носит название дома. А в изгнании это первое, что вы — или они — выбрасываете за борт.