Разозлившись на самого себя, Сергей подхватил банку с пивом, даже не вспоминая, что еще не решил, какое взять, взгромоздил ее поверх прочих товаров, на упаковку с яйцами и прижал подбородком. Добавил туда еще одну банку, третью прижал к себе рукой, стараясь одновременно с этим поправить выскальзывающий из подмышки кефир, и поспешил к кассе. Дорога пролегала мимо молочного отдела. Взгляд Сергея скользнул по ряду пакетов, коробок и бутылок с молоком и встретился с взглядом соседки. Отстранившись от обдуваемых холодным воздухом полок, старушка изучала маркировку на коробке с молоком. И она продолжила свое занятие, не задержав взгляда на своем соседе даже на мгновение. Будто не узнала. Засмотревшись на нее, Сергей натолкнулся на уборщицу. Ойкнув и отступив в сторону, опрокинул ведро и сам едва не растянулся на мокром полу. Продукты выпали из его рук. Пиво, ударившись об пол, зашипело, разбрызгивая пену, коробка с кефиром порвалась, яйца разбились и вытекли через порванную упаковку. Попятившись, мужчина глянул на уборщицу. Та, не поднимая глаз и все еще что-то бурча про грязь после дождя, продолжала возить шваброй по полу. Охранник, все так же неторопливо прохаживаясь вдоль ряда касс, скрылся из вида. Старушка соседка продолжала изучать коробку с молоком.

Не в силах оторвать взгляда от продолжающих заниматься своими делами женщин, Сергей пятился к кассам. Натолкнулся на охранника, который, даже не обратив на это внимания, продолжил свое шествие. Поворачиваясь к выходу, зацепил плечом стойку с шоколадными батончиками и опрокинул ее. Не оглядываясь, он зашагал к кассам и, едва миновав их, бросился бежать. Сшиб с ног девочку лет десяти. И вновь никакой реакции ни с ее стороны, ни от ее матери. У выхода в тамбур, где стоял шкаф для сумок, едва не опрокинул девушку. Выскочив за дверь, сначала замер на ступенях. Оглядел улицу. И везде видел людей, которые шли по своим делам, не замечая ничего вокруг. У всех у них были одинаковые остановившиеся взгляды, как у роботов.

Вновь попятившись, он уперся спиной в стену, а потом бросился бежать, шарахаясь от припозднившихся прохожих.

***

Хмурилось с самого утра, а к вечеру пошел дождь.

– Алиса Сергеевна! Голубушка. Вернитесь.

Алиса, перетряхивая рюкзачок в поисках зонта, остановилась и обернулась. Сухонькая старушка, выскочив из приемной, бодро зашагала через проходную.

– Марья Петровна, что-то случилось?

– Алиса Сергеевна, Вы телефон забыли. Как же так можно в нынешнее-то время?

– Спасибо, – девушка искренне улыбнулась. – Я вам так благодарна. До свидания.

– Скорее уж спокойно ночи, душечка.

– Да-да. Вы бы тоже не задерживались. Темнеет уж. Да и дождь.

– Конечно. Витенька сейчас соберется, и мы поедем домой. Ну, ступай, милая. Зонтик-то есть?

– Есть, – отозвалась Алиса, нажимая на кнопку автомата.

Улыбнувшись на прощанье, Алиса закинула рюкзак на плечо и, удобнее перехватив пестрый зонт, вышла на улицу.

Сегодня ей удалось вырваться с работы только в половине девятого. И стоило бы для начала зайти в супермаркет, чтобы прикупить хлеба и чего-то, что можно было бы выдать за ужин, ну и может быть чего-нибудь сладкого к чаю, а уже потом идти на троллейбусную остановку. Неделя выдалась тяжелой. Заказчики требовали сдачи проекта на две недели раньше, но и заплатить обещали неплохо. Еще чуть-чуть, и они всем коллективом ночевали бы на работе, прямо на диванчиках в приемной.

Вывеска супермаркета светилась ярким неоном, отражающимся в тонкой пленке воды на асфальте. Не поднимая глаз, чтобы нечаянно не наступить в глубокую лужу, Алиса взбежала по ступенькам крыльца, встряхнув головой, толкнула дверь и подошла к шкафу для сумок, чтобы оставить там зонт. В первую очередь нужно отправиться к хлебобулочному отделу, потом в холодную комнату. А уже по пути к кассе взять кое-какие консервы и сладкое.

Заперев дверцу, Алиса направилась к входу в торговый зал, и буквально через мгновение кто-то налетел на нее, едва не сбив с ног. Мужчина, натолкнувшийся на нее, не разбирая дороги, побежал дальше, к выходу.

***

Аркадий стоял на углу дома и курил. Вид отсюда, из-под стриженых тополей открывался прекрасный. Центральная улица спального района, затерявшаяся в самом центре областной столицы, омываемая весенним дождем, готовилась к ночному сну. Редкие прохожие: мамочки с колясками, подростки и собачники заканчивали свой променад. Изредка проезжали автомобили. Неоновые отблески магазинной вывески, расчертив мокрый асфальт, вкупе с силуэтами башенных кранов и недостроенных высоток, создавали иллюзию города будущего.

Хлопнула дверь и на крыльцо выскочил молодой мужчина в джинсах и черной ветровке. Почти уже рванув прочь, он шарахнулся от проходивших мимо ребят в спортивной форме и с рюкзаками со сменкой. Прижавшись к стене, он заозирался. С дальней стороны улицы со двора на тротуар вышли мужчина и женщина. По противоположной стороне улицы прогуливалась старушка с собачкой. К стоянке перед магазином подъехал автомобиль. Ссутулившись, мужчина зашагал прочь, обходя немногочисленных прохожих. Засмотревшись на вышедшего с прилегающей территории мужчину в кепке, шарахнулся прочь и буквально перекатился через капот автомобиля, свернувшего во двор. Из кармана его куртки выпал телефон, но он даже не заметил этого. Опять заозирался. Впереди шли люди. Сзади шли. У въезда в следующий двор остановилась машина, хлопнула дверь.

Аркадий немного сместился, чтобы его прикрывал стриженый куст акации, и выкинул окурок в урну у лавочки. Сам присел рядом со шлемом и, повернув голову, продолжил наблюдать сквозь прореху между ветками. Где-то пикнуло и послышалось негромкое шипение.

– Все пути отсекли?

– Третья группа на месте.

– Первая на месте.

– Вторая. Все по плану.

Пора надевать шлем.

– Четвертая на месте.

– База готова?

– Так точно.

– Ждем.

Мужчина бросился бежать через дорогу и спустя пару мгновений пробежал мимо Аркадия.