Шрифт:
– Пойдем наверх. Знаю у тебя очень много вопросов готов ответить на все. Только угости чашкой кофе.
– Ну что ж пойдем – задумчиво ответил хранитель.
Он все еще находился под впечатлением от увиденного. И уже закрывая дверь он заметил что кристалл все еще светится. Каким-то внутренним чутьем он понимал что камень действительно рад приходу Маркуса. Теперь хранитель понял что кристалл живой. Осталось только разобраться почему он ждал именно Маркуса.
Вернувшись в кабинет хранителя, Маркус вновь сел на диван, и невидящим взглядом смотрел на потухший камин. Хранитель закрыл потайную дверь и отправился на кухню варить кофе, оставив друга побыть наедине с его мыслями. Когда он вернулся, Маркус так и сидел глядя на камин. Из раздумий Маркуса вывел запах свежесваренного кофе. Он вздрогнул и заметил что на журнальном столике дымился кофе, а хранитель заканчивал разжигать камин.
– О вижу ты снова здесь. – улыбнулся хранитель – Кофе готов, я в ожидании обещанных ответов. – сказал он подавая другу чашку с крепким ароматным кофе.
– Начинать придется издалека – сказал Маркус принимая чашку – Как ты мог заметить мне знаком этот артефакт.
– Я заметил. Скажи он живой? Я слышал ты назвал его каким-то странным именем.
– Он не живой в твоем понимании. Он словно книга, только не бумажная а энергетическая. Да у него есть имя, ну или название не знаю как правильно сказать.
– Он из твоего мира. – догадался хранитель
– Да, это так, он из моего мира. И таких у нас было всего три. Имай, Танген и Лаорвей. У тебя Лаорвей. Каждый из них принадлежал одной из правящих династий.
– Этот твоей?
– Да, это мой кристалл. Очень странно что он здесь. Как давно он в ордене?
– Давно, если судить по записям которые обязательно сопровождают каждый артефакт, то он появился у нас лет за триста до падения барьера.
– Как? Как он у вас появился?
– Его у себя на участке откопал один селянин. Помыл его и увидел что штуковина очень даже красивая и выменял его у бакалейщика на товары. Тот выставил его как украшение на витрину. И вот однажды по той улице проходил один из хранителей и когда он приблизился к лавке кристалл засиял. Тот удивился и решил выкупить его у бакалейщика. Но тот оказался весьма жадным, увидев что кристалл излучает свет, запросил неприлично большую сумму. Орден не готов был за конечно явно магическое, но все-же непонятно что, расставаться с деньгами, поэтому сделка не состоялась. А твой кристалл был не так прост, его не устроило происходящее и у бакалейщика начала твориться всякое. Свежий товар портился прямо на глазах, крысы и мыши усердно уничтожали то что оставалось, термиты решили что его дом отличное гнездо и планомерно поедали мебель да и вообще все что было изготовлено из древесины. И что самое любопытное ничего не помогало, стоило уничтожить мышей, как завтра их становилось вдвое больше. Последней каплей стало то что дом чуть было не сгорел. На глазах у всех домочадцев из потухшего очага вылетела искра. Ей и взяться то было не откуда, но ковер и шторы уже горели. Они тогда успели все потушить. Но кристалл который призвал все эти проклятья на их головы, бакалейщик отнес прямо в замок к хранителям, не взяв за него ни копейки. Дела после этого у него пошли в гору. А хранители увидев что может кристалл, заказали для него подставку из белого мрамора и поставили на самое почетное место.
– Ему нужен хрусталь. – еле слышно проговорил Маркус
– Что?
– Не важно. Не знал что он так может. А как же вы им пользовались? Энергии которую может вместить человеческое тело не достаточно для взаимодействия с ним.
– О я как никто другой теперь это знаю. – сказал хранитель – Всего пара минут “общения” с ним и я почти две недели провел в кровати. Лично я его никогда не использовал, но те кто были до меня пробовали пару раз. Изобрели специальный ритуал и делали это только вчетвером. Теперь ты скажи, как он к нам попал, еще и так что ты об этом не знал?
– Вот этого я тебе точно не скажу. Потому что не знаю. Вот скажи мне, откуда у вас, людей, привычка все прятать? Ведь будь он у меня в ту ночь, ничего бы не случилось. Все сейчас было бы как раньше. Но нет людям нужно все спрятать чтоб владеть единолично, и все равно что я не знаю как это работает, все теперь это мое. Так выходит?
– Можно подумать что у вас он стоял на всеобщем обозрении?
– А вот представь себе, стоял. Лаорвей стоял в центральном зале, и любой желающий мог его видеть. Его использовали в церемонии становления старейшиной, она была полностью открытой кто угодно мог прийти и убедиться что церемония проведена и новый старейшина получил знания предков.
– Да, это точно не про людей. – С грустью в голосе произнес Уильям.
– К сожалению, да. – согласился Маркус – Еще есть вопросы?
– Только один. Ты его заберешь?
– Не сейчас. У тебя очень надежное место, к тому же ему здесь нравится. Да и к тебе он не равнодушен иначе не позвал бы.
– Так это он меня звал вниз? А я понять не мог что меня так тянуло в хранилище, словно от этого зависела моя жизнь. А я вот уже привык думать что сам решил куда идти.
– Это сейчас не важно. А важно вот что. Ты прав твой парень все еще жив и в городе. Это его тогда пытались убить у кинотеатра. Бегает он хоть золото олимпийское давай. У него появилась подружка, это из-за нее ты потерял его след.
– Кто она, очередная ведьма?
– Нет, в ней есть конечно немного магии но очень мало. То ли молода еще сильно, то ли ветка не та.
– Так что она делает чтоб его спрятать?
– А ничего.
– Не понял?
– Просто у нее с собой есть нечто, я не понял что это, но именно это вещица и перекрывает собой его след. Но это ведь хорошо, ведь те кто на него охотятся тоже его потеряли, и не найдут пока юная леди и ее штуковина рядом с ним.
– Да но и я тоже его не найду, а время то идет.
– Не переживай его найду я. А ты займись вот чем. В больнице для особых людей, есть одна девушка. Та самая которую нашли на побоище. Она все видела узнай что ей известно. Проблема в том что в голове парня образ охотника довольно расплывчатый. Не могу точно опознать, ясно одно это точно девушка ну или женщина.
– Хорошо, я что нибудь придумаю. А как ты собрался парня найти? Что-то раньше не выходило у тебя.
– А сейчас проще простого, он из видящих.
– Я думал их уже не осталось.