– Тебе, сынок, очень повезло.

– Повезло? – с идиотским удивлением переспросил Кирилл.

– Кирюш, на твоих одноклассниц напал дикий зверь.

– Что?

– Вчера в отдел приехал ответственный гражданин и сообщил, что слышал крики на дороге, которая проходит через рощу. Участковый панику поднял, когда явился туда. Туда явились все, мы нашли шесть человек. Бывалых криминалистов перетрясло прям там. В трёхстах метрах оттуда путём обхода, нашли место вашего пикника и твою одноклассницу. Там были сумки этих девушек, Скворцова в тяжёлом состоянии, твоя гитара и твоя порванная куртка. Всё залито дождём, ни следов, ничего больше не нашли. Исходя из моего горького рабочего опыта, я не надеялась увидеть тебя живым.

Кирилл поморщился. Произошедшее для него явно было большим потрясением. Но спрашивать подробности он не захотел.

– А как ты поняла, что гитара моя? – с глупой интонацией спросил Кирилл. Он мог отличить свою гитару от любой другой, но то, что мать это смогла, его удивило.

– Это гитара твоего папы! Познакомившись со мной, он часто играл и пел для меня. Думаешь я не отличу её от любой другой? – с облегчением ответила мать.

– Ты никогда об этом не говорила. – озадаченно пробубнил школьник.

Екатерина Константиновна крепко прижала к себе сына. С самого раннего детства мать так сильно его не обнимала. Отпустила только после того, как Кирилл начал кряхтеть и задыхаться. После этого она пришла в себя и рассматривая во что одет её сын задала вопрос:

– А почему ты в футболке заблудился?

– Я лазил на дерево куртка порвалась, Люба дала мне запасную кофту, а Волослав куртку.

Мать этот идиотский ответ устроил, а Кирилл сам не мог поверить тому, как мастерски он врёт. За это школьника мгновенно начала мучить совесть. Через некоторое время, отзвонившись на работу и сообщив, что её сын жив и здоров, мать вернулась.

– Что за казан? – спросила мать.

– Это, мама, Щи. – гордо заявил сын.

– Что?

– Щи, настоящие русские, Волослав угостил.

– Порубленные овощи с куском мяса? – с недоумением спросила мать?

– Нет, рецепт слегка модифицирован. – важно повторил за Платоном мальчишка.

Кирилл распаковал казан и засунул в духовку. Стоит упомянуть, что с духовкой, как и с другой кухонной техникой парень дружил. Из-за тяжёлой работы начальником уголовного розыска Екатерина Константиновна готовила редко. Бабушка научила Кирилла и Полину не дурно готовить. Однако готовить хотя бы так же, как бабушка, уже не говоря о том, чтобы готовить лучше неё, внуки так и не научились. Когда Полина уехала учиться, вся домашняя работа упала на подросшего Кирилла.

Накрыв стол, Кирилл накормил мать стряпнёй домового. Как и ожидалось мать осталась в восторге. За столом деформированная работой Екатерина Константиновна совсем забыла о «ЧП» на работе. Она была счастлива разделить этот завтрак с сыном. Не хватало только его сестры, которая учится в Северной столице.

Поспав несколько часов или же несколько минут, Екатерина Константиновна задумалась. Да, для неё не было разницы. За двадцать лет работы в розыске женщина привыкла сутками не спать. Задумалась она об этом Волославе. Ей казалось, что она уже слышала это имя, когда была маленькая. Она бы и не вспомнила, где его слышала если бы Кирилл не упомянул о давно заброшенном поместье. С трудом она вспомнила, что, когда была маленькая отец был в этом поместье и разговаривал со смотрителем, которого тоже звали Волослав. «Не может же это быть тот же самый Волослав? Ему должно быть не менее шестидесяти лет.» – думала она.

Так как сегодня у неё был отсыпной день после дежурства она решила на работу не ехать. Хотя неявка на работу даже после суток была редкостью. Она села в машину и поехала к леснику.

Лесника на месте не было, поэтому ему пришлось звонить. Не молодой горбатый бородатый лесник с запахом перегара сразу же прилетел обратно. Старый лесник знал, что с органами внутренних дел лучше не шутить. Он появился внезапно, как будто стоял за ближайшим деревом. Женщине даже показалось, что он выскочил из-за дерева. Такое поведение покорное лесника было обусловлено тем, что местный участковый закрывает глаза на его мутные делишки.

– Чем могу помочь? – ехидно спросил Лесник. Он стоял на месте, однако создавалось ощущение, что он извивается на ветру как флаг.

– Ты уже знаешь, что произошло ночью? – властно спросила сотрудница. Чего не отнять, так это умения Екатерина Константиновны находить подход к любому гражданину или жулику. Ситуацию всегда облегчало то, что для сотрудницы полиции люди уже давно делились на «терпил», «жуликов» и «ментов».

– Да, ох, беда-беда, как же такое могло приключиться? – с той же хитрой интонацией завопил Лесник.

– Это могло сделать животное из этого леса?

– Ох, тут старый медведь есть, браконьеры гады несколько лет назад его зимой разбудили, разрыли берлогу, но убить не смогли. С тех пор несколько охотников порвал, огромная зверюга. Я сам его не видел, но следы гигантские. – с лукавой интонацией пропел лесник.

– Ясно, а расскажи мне, кто сейчас живёт в заброшенном поместье?

– Так, наследник ихний, Волослав. – с неожиданной серьёзностью сказал лесник.

Такая серьёзность сразу резанула слух сотруднику уголовного розыска. Дело было в том, что лесник никогда не менял свою хитрую интонацию. Он врал и говорил правду с одной жульнической интонацией.