– Пощади! – завопил Хинфас. По голосу, конечно.

– Прекрати орать! – недружелюбно рыкнула я.

– А не убьешь? – подозрительно, но уже заметно тише спросил выживший.

– Пока не решила, – почесала я за ухом, неужели все-таки блох где-то подцепила. Наёмник замер и молча следил за мной, не порываясь больше начать разговор.

Пройдясь по селу еще раз и найдя еще один комплект одежды (ходить в рабской робе мне уже порядком надоело) я решила стать человеком, чтобы нормально упаковать всё это добро.

Глубоко вдохнув, я сосредоточилась на человеческих эмоциях и немного подождав, открыла глаза… пушистые белые лапы с всё еще выпущенными когтями остались на месте.

Вторая попытка тоже не принесла успеха – мощные кошачьи конечности никак не хотели пропадать.

Пришлось прибегнуть к самому кардинальному средству по обращению в человека – кувырок назад. Почему именно так? Миказу, будучи моим частым учителем и спарринг партнером очень часто вбивал мне в голову, что иногда человеком быть проще и выгоднее, а, следовательно, и обращаться в него надо быстрее. Именно поэтому вакишики и обнаружили этот до боли странный способ менять ипостаси. А всё из-за того, что у большинства (если не у всех) животных строение скелета не позволяло выделывать подобные кульбиты. Поэтому, если сможешь кувырнуться, то ты уже не животное, а, следовательно, и тело нужно другое.

Найдя поверхность поровнее (и главное без мертвечины) я сделала кувырок назад… вернее попыталась, тело даже самой гибкой кошки, напрочь отказывалось творить такое безобразие.

Словом нормально я смогла выполнить такое простое и одновременно невероятно сложное физическое упражнение только минут через десять. Правда при этом нехило приложилась грудью об укрывшийся в траве камень, что выбило из моих легких почти весь воздух. Слава богу, прочной шкуре – внутренности не пост… Шкуре?!

Первое что я ощутила, вновь увидев вместо человеческих рук звериные лапы, была паника. Я впервые в своей жизни не могла вернуться к человеческому облику. Осознание того, что я, возможно, навсегда останусь барсом несколько пугало. Однако тряхнув головой и сосредоточившись на главном, я силой воли придушила зарождающуюся истерику и…

– Не можешь стать человеком? – отвлек меня Хинфас.

– Даже не пыталась, – нагло соврала я.

– Неа, – лениво протянул он. – Так вертеться ваше племя начинает только в безвыходной ситуации.

– А ты я смотрю, много знаешь о нас, – зло прошипела я, медленно надвигаясь на смертника.

– Зато ты ничего не знаешь. В каких пещерах тебя растили? – продолжал храбриться Хинфас.

Весь этот театр одного актера, мне не понравился, не дай боги еще подумает, что я его опасаюсь. Поэтому недолго думая, я положила свою лапу на его правую голень (мужчина занервничал) и надавила всем своим весом (мужчина заорал).

– Выкладывай все что знаешь, иначе сломаю тебе и вторую ногу, – спокойно произнесла я, сев на попу и мирно укрыв хвостиком лапки.

– Хорошо, хорошо! – закивал Хинфас, от чего его русые волосы упали на лицо, полностью закрыв его. – Давай договоримся? – Да где их таких растят?! Феноменальная наглость! – Я рассказываю тебе все что знаю, а ты меня лечишь и отпускаешь!

– Могу предложить еще проще! – оскалилась я. – Ты мне все рассказываешь, а я тебя не убиваю!

– Согласен, – моментально согласился Хинфас.

– Ии? – поторопила я.

– Тот ошейник, что на тебе это новая версия кабавара – тибавар. Если кабавары просто запечатывали магию, то тибавары не позволяют менять себя.

– И какая разница?

– Ой, невежа… Кабавары не позволяют использовать внешнюю энергию, а тибавары внутреннюю. Так понятнее?

– Не умничай, – рыкнула я.

– Не бесись. Ты сможешь стать человеком, только если снимешь его и тол…

– Благодаря им вы снимаете шкуры с вакишики? – меня озарила внезапная догадка.

– Да… – тихо прошептал Хинфас, видимо ожидая очередной вспышки гнева.

– Дальше.

– Уф, а я уж думал… Император Виаван, как только узнал о том, что ваши шкуры, возможно отделить от носителя с помощью Акторганского черного камня, сразу же приказал выкупить всех из рабства… Когда же это все началось… Одиннадцать… Нет, все-таки двенадцать лет назад. А потом, когда все были скуплены, он приказал захватить как можно больше свободных. Самое странное, что он запретил их убивать…

– Самое странное, что ты так много знаешь и при этом еще жив, – перебила я разговорившегося Хинфаса.

– Эээ, ну, я… Просто так все говорили, – растерялся всезнайка. И кто же он такой?

– Скажешь правду, будешь жить. В противном случае ляжешь рядом с ними, – спокойно сказала я, не двигаясь с места.

– Да серьезно тебе говорю, – вновь активизировался Хинфас. – Меня послали проследить за успешной поимкой, сбежавшей из лагеря вакши. И заодно найти сыновей герцога Тагальтека. На этом всё.

Идея убить его, уже не казалась мне такой уж удачной. Если это просто знатный дворянчик, то ладно, а вдруг нет? Мало ли это, кто-то из приближенных к императору, смерть которых он не прощает.