Да и с Клаудией в детстве и юности они неплохо проводили лето и иногда каникулы. И муж ее мужик неплохой. Да и в конце концов, раз они втроем решили парня к жизни вернуть, то кто им помешать мог.

– Значит, в понедельник забросим твои документы в нужное заведение, выясним, что нам нужно для нормальной учебы, - перечислил Брок. – И уж прости, но в общагу пока не пустим.

– Я и не рвусь пока, - признался Стайлз мрачно. – Это пройдет?

– Ну вон Барнс по углам только рюкзаки разбрасывает, - Рамлоу усмехнулся. – А сам вполне в свет выбирается. С людьми общается. Специфическими, но все же.

– Он мог бы меня понять? – тихо спросил Стайлз.

– Дозрел до разговора? – уточнил Брок.

Стилински пожал плечами.

– Мне снится Эллисон, - пробормотал едва слышно. – И те медики. И даже Донован. А иногда кажется, что он никуда не делся и все еще в моей голове. Или ногицуне и вовсе ни при чем и это я сам все.

Брок похлопал парня по плечу, вспоминая Барнса в начале терапии. Только Стайлза к психологу не поведешь. Слишком уж история сложная. Но Барнс парня мог понять, объяснить некоторые вещи. А еще неплохо бы загнать пацана в спортзал, дабы помимо биты у него и другие возможности самозащиты появились. Жизнь не предсказуема и навыки самозащиты еще никому не вредили.

Эту светлую мысль Брок до Стайлза тоже донес. Парень согласился. На все. На тренировки. На разговор с Зимним. На нормальную учебу.

Стилински просто не видел смысла парить мозг людям, которые и без того возились с ним уже достаточно времени. Незнакомые, по сути, люди. Двое так и вовсе из комиксов вышли. Образы, правда, забыли на глянцевых страницах. Потому как Баки Барнс девчонками отродясь не увлекался всерьез, а Капитан Америка продолжал пить молоко прямо из пакета и обещать, что это последний раз.

И никакие монстры не лезли в окна, потому что охранка на окнах круче, чем в белом доме.

– Всем добрый или не добрый день, - Барнс образовался в гостиной словно из ниоткуда.

Куда там оборотням? После знакомства с Баки, Стайлз понял, что оборотни весьма шумные ребята.

– Я вас оставлю, - хмыкнул Брок, поднимаясь.

Он не стесняясь поцеловал Баки и вышел. Стилински растерянно посмотрел на героя войны и вздохнул.

– Я не знаю, что нужно говорить, - признался честно.

– Что хочешь, - Баки сел рядом. – Знаешь, я долго не мог себя простить. Это самое сложное. Но у меня был Брок, порядком рисковавший не только собой, чтобы вытащить. И всегда был Стив. Хотя, тут тема особая. Он бы мне и Апокалипсис простил.

– Будто бы дядя Брок не простил, - фыркнул Стайлз.

– Ты его дядей зовешь, чтобы выбесить? – прищурился Баки.

– Рефлекс, - парень вздохнул. – Собственно, сарказм, это все, что у меня есть.

– Ну из того, что мне известно, у тебя в наличии мозги и ты знаешь, как ими пользоваться. Не прибедняйся.

– Я согласился на тренировки, чтобы еще и защищаться нормально уметь.

– Только не с мелким, - предупредил Барнс. – Будешь вставать ночью и бегать, пока не загнешься.

Стайлз хихикнул от подобной формулировки и снова посерьезнел.

– Как простить? – спросил он. – Если этот монстр смог забраться ко мне в голову, значит, я слабый.

– Чушь, - оборвал его Барнс. – Я тут в архивах порылся и выяснил, что вопрос не в силе духа вообще. Самоопределение. Ты настолько погряз в чужих проблемах, что на себя порядком забил.

– Но должен был кто-то думать, - буркнул Стайлз. – Хотя, кто меня слушал? Потом только говорили, что я был прав.

Баки приобнял его за плечи, понимая, что одним разговором вопрос не закрыть. Как бы его первое время не очерняли СМИ, близкие поддерживали. Стайлз в прессу не попал, но вот «друзья» порядком потоптались по полученным травмам. Вот уж точно тут и врагов не надо.

– Ну и пусть сами теперь разбираются, - сказал Барнс. – А мы начнем с малого. С пробежек. Там еще экскурсия по городу в планах. Или ты хочешь пристальнее изучить свое личное кладбище? Списки написать?

– Не хочу, - покачал головой Стилински. – Это никому не поможет. Просто… Больно…

– Пройдёт. Не сразу, но пройдет. Постарайся для начала просто принять. Ну вот не повезло с выбором.

Стайлз согласно кивнул. Не повезло. Но это еще не конец. Он жив, здоров и новое окружение не вешает на него ярлыков. Наоборот, условия предоставили королевские. Возможности невероятные. Отец сможет гордиться. А все остальное. Даже если бы ему удалось в тот день сдохнуть, ничего бы это не исправило.