– До свидания, Мэшер, до свидания, Мэшер… – с издевкой пропел уже Ингвар.

Селена кивнула увереннее.

Гадриэля это устроило.

– Сегодня собираешь вещи. Завтра утром переезжаешь. Одна. – закончил раздавать указания Гадриэль.

– До свидания, Лиза, до свидания, Лиза… – пропел с намеком Мэш.

Селена третий раз кивнула.

Гадриэля это устроило.

– Я против. – Лизу подобный расклад не устраивал, как не устраивало и все произошедшее в последние дни.

Селена хотела кивнуть, но осеклась.

Вар задумался.

Мэшер хитро улыбнулся.

Гадриэля это не устроило.

Он знал, что будет не просто, но на такой поворот не рассчитывал, потому высказал все Лизе прямо в лицо. Он считал, что девчонку давно пора поставить на место и теперь разговаривал с нею так, как и с любым из своих провинившихся подопечных.

– А с чего ты решила, что можешь ставить условия?! Ты – никто! Просто недоразумение, с которым я считаюсь лишь из-за твоей, пока еще, подруги. Надеюсь, тебе хватит ума усвоить, что Селена – переезжает. А ты – остаешься дома. Ну и радуешься, что кустодиамов никогда больше не увидишь. Как и хотела. Хотя зря я на твой мозг надеюсь. Ты же настолько тупая, что на Мэша повелась. Но я могу память тебе стереть. Забудешь обо всем и угомонишься наконец. Жаль только характер твой дерьмовый так легко не сотрёшь.

Все находящиеся в комнате опешили от подобной речи и не потому, что она была слишком уж длинной и злой, даже для Гадриэля, прозванного Сухарем за отсутствие эмоций и сострадания. Гадриэль перешел черту, Лиза не была его подчиненной или членом личного состава и говорить ей такие вещи он не имел права. Да и в принципе некому такие вещи говорить не стоило.

Лицо Лизы пылало, Селена закрыла ладошками рот и прошептала «кринж» и даже Вар прикусил губу испытав не кринж, но испанский стыд.

Первым пришел в себя Мэшер, который врезал Гадриэлю по лицу.

– Вообще-то это девушка, у которой умер лучший друг! Она его похоронила несколько часов назад и до сих пор в траурном платье стоит, потому что ты явился в ее дом и даже не дал ей переодеться, смыть с себя весь дерьмовый день и в одиночестве наконец поплакать в душе! – Мэш словно прочитал все мысли Лизы. – Это девушка, у которой ты собираешься отобрать вернувшуюся с того света подружку, а она всеми силами пытается ее защитить как умеет! И она не твои безмозглые лысые качки, которые понимают только мат трехэтажный. Она – ранимая девочка, которой рядом защитник нужен, а не агрессор. У тебя, Сухарь, крышу сорвало основательно, если ты так себя с беззащитными девушками ведёшь!

Гадриэлю сказать было нечего. Мэшер был по всем статьям прав. Беллатор и сам осознал, что перегнул палку. Так разговаривать с Лизой ему точно не стоило. Ведь он и правда не подумал о причинах такого истеричного женского поведения, потому что привык общаться только с мужчинами и только приказами.

Беллатор с трудом из себя выдавил:

– Прости.

– Засунь свои извинения … – отмахнулась Лиза и вышла из комнаты.

Селена хотела пойти за ней, но Мэш жестом остановил девушку:

– Сейчас ей нужно побыть одной. Ты все равно не найдёшь таких слов, чтобы ее подбодрить. А вот я найду. И прямо сейчас. Бонум Гадриэль, ты только что нарушил один из пунктов Кодекса Кустодиамов, чему мы все были свидетелями и потому я, как единственный находящийся здесь малум, накладываю на тебя наказание.

– А что он нарушил? – шёпотом уточнила Селена.

– Причинил вред человеку. – пояснил Вар. – Прилюдное унижение и оскорбление чести и достоинства у нас за нарушение считается. У людей тоже, но о статье за клевету мало кто из них знает.

– Хотелось бы мне взять высшую меру и отравить тебя за Завесу… – продолжал Мэшер – … но, к сожалению, наказание будет более лояльным. Я даю Лизе официальное разрешение от одного из глав кустодиамов на проживание в Доме Стратеры. – в руке малума тут же появился пергамент с размашистой подписью мистера Дарка внизу. – Кодекс это позволяет. Стратера, как мы помним, хранит равновесие между кустодиамами, темными тварями, волшебными существами и людьми, что разрешает ей принимать у себя в гостях и последних. Так что Лиза едет вместе с нами. А если ты, Гадриэль, попробуешь опротестовать это решение, я приложу все усилия, чтобы твое дело о причинении вреда человеку раскрутили на высшее наказание. Среди совета, есть парочка малумов – мои давние друзья и они не откажут мне в услуге.

Гадриэль опешил и не нашел слов, потому что ситуация была из ряда вон.

– Приложи-ка это к лицу. – вернувшаяся в комнату Лиза бросила Гадриэлю пакет льда, который заботливо принесла из кухни. Может беллатор и мудак, но она, в отличие от него, сострадание не растеряла.

– Бонум Гадриэль, ты принимаешь наказание? – уточнил Мэшер, протягивая бонуму руку.

– Принимаю. – кивнул беллатор.

Гадриэль скрепил договор рукопожатием, отдавая себе отчёт в том, что малум только что втянул его в очередную игру мистера Дарка, где далеко не последняя роль была отведена Лизе. И теперь ему придется приложить все усилия, чтобы подружиться с девушкой, которую он только что оскорбил, ведь именно этого потребует от него Михаил, когда узнает обо всем произошедшем.