Сломленные люди. Они настолько отчаянны, что готовы играть с огнем. Настолько раздавлены, что забывают о том, в игре есть не только победитель, но и проигравший. Настолько сокрушены, что совсем не осознают, что в подобной игре им лучше стать первыми. Особенно, если они были так глупы, что ввязались в опасную игру с малумом. Особенно, если их угораздило связаться с самим Дарком. Тут уж надо иметь еще и козырь в рукаве. А лучше не один, иначе последствия будут плачевны. Но какой сломленный человек думает о последствиях?

Вот и сломленный внезапной кончиной любимой супруги Амрор не думал о том, какие последствия будет иметь его беседа с мужчиной, представившимся мистером Дарком. Мистером Дарком, давно заприметившим в бедняке будущего оружейника. Мистером Дарком, подстроившим смерть жены лучшего кузнеца. Мистером Дарком, удачно подсевшим в пивнушке к обезумевшему от горя Амрору. Мистером Дарком, выслушавшим признание задержавшегося на работе кузнеца, который нашел жену в постели мертвой. Мистером Дарком, изобразившим сочувствие после слов Амрора о том, что у него не хватило сил разбудить детей и сообщить им о кончине матери, как не хватило сил сходить к гробовщику. Ноги довели его только до ближайшей пивнушки.

Все тот же сердобольный мистер Дарк, рассказавший кузнецу после пятой кружки о тайных ритуалах, способных вернуть к жизни умершего, внял мольбам Амрора. Все тот же сердобольный мужчина воскресил любимую жену кузнеца, взамен получив его самого в услужение. Все тот же заботливый собеседник вручил кузнецу букет цветов, чтобы он вручил их супруге, стряпающей завтрак в окружении смеющихся детей.

Вернувшийся домой с цветами Амрор решил, что ни разу не совершал более удачной сделки. Дарк вернул ему любимую жену, детям — заботливую мать, а он взамен должен просто изготавливать оружие до конца своей жизни, и при этом ему еще и будут платить. И платить очень хорошо. Кузнец был счастлив, ведь он, итак, втихушку изготавливал еще и оружие. Но радость была недолгой.

Очень быстро Амрор не только протрезвел, но и прозрел. Кузнец увидел, что в доме хозяйничает уже не его любимая, но закрыл на это глаза, считая, что троим малышам нужна мать. Бездушная кукла не может стать ни хорошей женой, ни хорошей матерью. Оставь Амрор детей под надзором своей собаки, от этого было бы и то больше проку, чем от существа, которого он по привычке звал своей женой.

Спустя неделю после воскрешения, жена Амрора забыла на берегу реки двухлетнюю дочку. Женщина закончила стирку и отправилась домой, позабыв о малышке. А девочка была так увлечена игрой с куклой, что не заметила ухода мамы. Зато заметила русалку, зовущую ее к себе. Малышка помнила, что папа запрещал подходить к чужим, но это же была русалка. Настоящая русалка! И она была такой красивой. Но куда красивее была перламутровая ракушка, которую русалка протягивала девочке, позабывший в тот же миг обо всех строгих отцовских наказах.

Спустя несколько часов один из рыбаков обнаружил в сетях не желанный улов, а маленькое тело. Рыбак понес погибшую девочку, в которой опознал дочь кузнеца, к ее родному дому. Но мать даже не впустила мужчину в дом. Лишь сказала бросить все за сараем. Амрор, на работу к которому рыбак принес мертвую дочку, убеждал соседа (а больше себя), что тот неправильно истолковал слова супруги. Она же стряпала, потому была занята и, наверное, подумала, что рыбак, как обычно, принёс улов, вот и попросила бросить за сараем. Ведь именно там они чистят рыбу.

На похоронах девочки только слепой не заметил отсутствие матери. Но Амрор в очередной раз убеждал себя, что жена убита горем, потому из дома выйти не может. Как не может найти в себе силы прийти на похороны и встать рядом с ним и сыновьями возле крошечного гробика. Но в эту ложь не верил даже кузнец, не говоря уже об окружающих.

Когда убитый горем отец и его зареванные сыновья вернулись домой, то нашли мертвым своего любимого пса, бросавшегося на вернувшуюся с того света женщину. Старший сын сразу догадался, что собаку отравили, на это указывала запекшаяся у рта кровь, но оружейник заявил, что пес скончался от старости. Амрор знал, что четвероногий друг был еще слишком молод, но ему не хотелось пугать сыновей тем, что их мать не в себе. Не стал он и предупреждать детей, что женщина.

Спустя пару дней после похорон, кузнец вернулся домой после работы и обнаружил два окровавленных тела в одном углу и перемазанную кровью женщину, вяжущую носки, в другом. Старший сын, пытавший защитить младшего брата, скончался еще до прихода отца. А шестилетний мальчик, хватавшийся за жизнь только ради прощания с отцом, умер на руках Амрора, успев прошептать имя убийцы, забившей просивших поесть детей до смерти.

Неконтролирующий себя кузнец бросился на жену и начал душить ее, но она сидела с тем же безразличным лицом и не издавала ни звука, продолжая до последнего вязать носки. Покончив с супругой, оружейник решил покончить и с собой. Лишь спустя двадцать неудачных попыток он осознал, что не слишком внимательно слушал условия соглашения с Дарком. Малум, появившийся через несколько дней после трагедий, им же и подстроенных, подтвердил опасения Амрора. С момента заключения договора кузнец стал бессмертным (ровно до тех пор, пока был нужен Дарку), а так как его больше ничего не держит, то теперь он будет полностью посвящать себя служению главе малумов. Амрору дали лишь похоронить сыновей, после чего переселили в другую страну.

Кузнец, а ныне оружейник, ушел в работу с головой, чтобы хоть как-то заглушить свое горе, в котором ежедневно винил себя и свою безмерную глупость. Очень быстро он стал не только лучшим мастером, но и поднаторел в магии, зачатки которой в нем и разглядел Дарк. Амрор легко превратился в самого уважаемого оружейника, очередь к которому была расписана на много месяцев вперед.

Холодное оружие сменилось огнестрельным, но Амрор все также помнил, кто виноват в смерти всей его семьи и разработал план по уничтожению главы малумов. План значительно опережал время, но мастер никуда не спешил. Он был фактически бессмертным (уничтожить его могло лишь копье Люцифера, да меч Михаила), а месть горячей не подают. Да и сам темный постоянно держал оружейника в поле зрения и подсылал проверяющих, потому что видел ту ярость, которой пылал Амрор.