Я усмехаюсь. — Хорошо, мой большой, страшный защитник.

Собираясь отступить, он останавливает меня и берет за подбородок большим и указательным пальцами, не сводя с меня пристального взгляда.

— Я серьезно, Леннон. Даже немного.

Не в силах говорить из-за близости, я просто киваю, и он отпускает меня. Я вылезаю из машины и машу рукой на прощание, направляясь к дому. Взгляд Кейда встречается с моим, и он закатывает глаза.

— Конечно, ты встречаешься с Колби, блядь, Хендриксом. Почему я не удивлен?

Я закатываю глаза. — Мы не встречаемся, хотя это и не твое дело.

Он засовывает сигарету в рот и затягивается, отчего его щеки впадают при этом движении. Затем он выпускает это наружу таким образом, что это выглядит гораздо более эротично, чем следовало бы. Все мое внимание полностью сосредоточено на его губах, когда он увлажняет их своим языком.

— Видишь что-то, что тебе нравится?

Это вытаскивает меня из странного тумана, в котором я была заперта. Моя верхняя губа кривится от отвращения, и я качаю головой. — Спустись на землю.

Я прохожу мимо него, но останавливаюсь, как только открываю входную дверь.

— Кроме того, если мой отец увидит эту сигарету, он выйдет из себя.

Кейд встает и сосредотачивает все свое внимание на мне, бросая окурок на ступеньку и туша его ботинком. Он проходит мимо меня в дом, оставляя наполовину выкуренную сигарету на всеобщее обозрение. Я провожу пальцами по волосам и иду следом.

Что ж, жить с ним будет не скучно.

6

КЕЙД

Если бы мне пришлось выбрать одного человека, который выводит меня из себя больше всего в последнее время, то это была бы Леннон. Она невыносимо избалована и разгуливает так, словно ей принадлежит весь чертов мир. Я думаю, что с таким богатым и влиятельным отцом, как у нее, она вроде как такой и является — и это только раздражает меня еще больше.

Увидев ее в машине с Колби Хендриксом, выдающимся футболистом и известным дамским угодником, это вызвало эмоции, которых я не ожидал.

Любопытство.

Замешательство.

Гнев.

Ревность.

Я наблюдал, как она шла ко мне, как гребаная богиня, с ее светлыми волосами, спадающими по бокам лица, и ее бирюзовыми глазами, пристально смотрящими в мои. С лучами солнца падающими на нее как раз вовремя, даже слепой мужчина признал бы, что она красива, и это часть проблемы.

Впервые с утра я поднимаюсь по лестнице в свою комнату. Однако, когда я добираюсь туда, я практически перестаю дышать, а мои глаза удваиваются в размерах. На моей кровати лежит доска для серфинга «Lost LayZ Toy II». Это, наверное, лучшая вещь на рынке прямо сейчас, и у меня чуть слюнки не текут при виде нее.

Сверху лежит записка, и я замечаю на ней девчачий почерк еще до того, как беру ее в руки.

Кейд,

Извини, что сломала твою первую.

— Леннон

Черт. Мне было интересно, как бы я собрал деньги на новую. Я даже подумывал о том, чтобы уговорить нового богатого маминого парня купить мне такую же, но, похоже, теперь мне не придется. Часть меня задается вопросом, когда у нее вообще нашлось время сделать это, потому что этого определенно не было здесь этим утром, и я ушел вслед за ней.

Еще немного полюбовавшись своей новой доской, я выхожу из своей комнаты на балкон с видом на гостиную. Леннон там, внизу, сидит рядом с Молли и помогает ей с домашним заданием. Того, как моя сестра смотрит на нее, достаточно, чтобы заставить меня задуматься, не иду ли я по неправильному пути. Может быть, Леннон не так уж плоха, и если она нравится Молли, я думаю, я мог бы поладить с ней ради моей сестры.

Как раз в тот момент, когда я собираюсь спуститься по лестнице и предложить все переиграть, раздается звонок в дверь.

— Я открою! — Кричит Леннон.

Я смотрю, как она подбегает к двери и открывает ее. Она приветствует того, кто находится по другую сторону, широкой улыбкой, и когда он заходит внутрь, у меня отвисает челюсть. Это не кто иной, как Келлан, блядь, Спенсер. Он притягивает ее в свои объятия и прижимается губами к ее губам. Леннон переплетает их пальцы и тащит его в другую комнату, подальше от моего поля зрения.

Все мои предыдущие мысли вылетают в окно. Она не только дочь парня, который сыграл ключевую роль в разводе моих родителей, но и встречается с единственным человеком в мире, которого я, возможно, ненавижу больше, чем Кенсингтона Брэдвелла. Это, по умолчанию, делает ее врагом и ставит ее на вершину моего дерьмового списка.