Договорившись с Романовым пообедать за пределами отдела, стажер поделился своим замыслом. Старший следователь только задумчиво улыбнулся. Он относился к другой технической эпохе, и даже не подумал о том, что миниатюрную камеру можно так искусно замаскировать в кабинете. Еще не тянуть к ней провода, и еще, считывать в любое время записанную на внутреннюю память информацию, как ни в чем не бывало, запустив какое-то приложение в смартфоне.

Да, когда-то миниатюрные фотоаппараты и магнитофоны приподняли уровень разведки на новую высоту, а теперь, технические новинки, о которых и не мечтал агент 007, свободно продаются по интернету. Значит, руководству нужно не только пробивать новые бюджеты на такое оборудование, но и создавать новые кафедры, где будут готовить соответствующие кадры. Хотя, если вспомнить, почему-то преступный мир всегда находил средства, чтобы иметь лучшую экипировку и машины, чем правоохранительные органы.

Когда официант принес кофе, майор неожиданно спросил:

– Ты что-то нашел по неизвестному в капюшоне, который подходил к внедорожнику напротив ресторана?

– Последнему, который говорил с Логиновым перед дождем?

– Ну, да.

– Какая-то загадочная личность. Нигде не поворачивался в стороны, не оглядывался. Он шел совершенно по прямой, хотя начинался дождь, и редкие прохожие, вроде Черкасова, метались между машинами в поисках свободной. Хотя это была не майская гроза, но так ливануло разом, что фонари уличные потускнели. Неизвестный словно все рассчитал – подошел к внедорожнику вместе со стеной дождя. Дальше на записи ничего разобрать нельзя. Просил спецов как-то отфильтровать или почистить изображение, они только руками разводят. Может, случайность, может точный расчет…

– Сомнения и недостоверные факты на суде всегда трактуются в пользу обвиняемого, Сережа.

– Понятно… Могу только прикинуть, что сложение среднее, рост около 170.

– Хорошие приметы, – ухмыльнулся майор.

– Да и по второму убийце у нас никаких данных. Неизвестный незнамо откуда и как подошел и непонятно куда исчез. Никто из прогуливавшихся в то время по бульвару ничего необычного не заметил, хотя все на виду были. Рабочее время, народу немного.

– Прячься на самом видном месте…

– Хотите сказать, что это тонкий расчет?

– Михалыч четко сформулировал свое представление об убийце. Стопроцентный логик. Вот тебе и весь портрет. Поэтому, все сомнения нужно трактовать в пользу очень умного, расчетливого и хладнокровного логика.

– Но как он мог предвидеть, что никто его не запомнит?

– Представь, что он на том месте не раз был, все особенности заметил и запомнил. Потом рассчитал по секундам, а что не смог уложить в свой строгий ряд, смоделировал.

– Кстати, под это описание очень подходит программист, – вскинулся стажер. – Я ему свое удостоверение на секунду показал, а он запомнил все – полностью фамилию, имя и отчество, должность, звание, район, номер из десяти неповторяющихся символов, фамилию и должность начальника… Потом через четверть часа отвлеченного разговора запросто повторил. При этом полностью поменял роль защиты на нападение, интонации, терминологию… Легко… Сам написал телефонного секретаря, который анализирует голос и потом узнает звонящего…

Тут лейтенант запнулся, жестом показав, что понял нечто важное, и его нельзя тревожить, чтобы не вспугнуть мысль. Потом улыбнулся и чуть склонил голову набок, словно глядя на незримого никому в зале хитреца-фокусника, и покачал ею, намекая, что разгадал фокус. Старший следователь терпеливо ждал объяснений, и они последовали.

– Николай Иваныч, – а ведь я звонил этому Черкасову сегодня утром. Когда он еще с полуночи лежал в реанимации. Наш наряд при нем ничего не обнаружил. Очевидно, все забрал убийца, имитируя ограбление… Но телефонный секретарь со мной говорил… И это не стандартный автоответчик, который можно арендовать у провайдера или купить на Гугл. У него не только библиотека стандартных фраз, он разговор свободно поддерживает и очень логично отвечает. Про анализ голоса не говорю. Это своя технология и своя библиотека распознавания.

– О, как! – недоверчиво улыбнулся майор.

– Еще перезванивает хозяину по всем возможным номерам. Значит, этот телефонный секретарь не на сотовом, который похитил убийца, а где-то дома или в облаке. Старший следователь нахмурился, чего-то не понимая.

– Другими словами, эта программа спрятана на компьютере дома или в интернете. И я не удивлюсь, если мы придем с обыском домой к программисту и ничего там не найдем. Он предвидел такую ситуацию и все разговоры могут быть записаны и спрятаны… Для нас.

– Сережа, ты не фантазируешь с этими киборгами? Хотя, думаю, что ордер на обыск мне дадут, и посмотреть его лежку нам будет полезно.

– Могу поспорить на отпуск летом, что мы ничего не найдем.

– Ну ты еще и на зимний не заработал, – улыбнулся Романов, – но спецов можем с собой на осмотр взять.

– Я лучше попрошу Гвоздиковского приехать и прихватить с собой пару толковых ребят.

На станции Вайниккала фирменный поезд «Лев Толстой» сделал остановку подольше, и финские пограничники степенно продвигались по вагону, заглядывали в каждое купе проверяя паспорта у пассажиров. Придирчиво сверяя лица и фотографии, они зачем-то пристально смотрели в глаза, словно хотели там что-то прочитать. Это смутило Анастасию и она отвела взгляд. Пограничник что-то сказал по-фински, но она только пожала плечами, тогда служивый повторил по-английски. Девушка достала свой чемодан и показала содержимое. Тот попросил открыть молнию-застежку на косметичке. Осмотрев, коротко кивнул и взглянул на своего напарника, который проверял документы парня, ехавшего вместе с блондинкой. Молча они прошли в следующее купе.

– Ты зря испугалась, – улыбнулся Анатолий. – У нас же ничего стремного нет.

– А что он уставился… – Настя нарочито тщательно уложила свои вещи в белый чемодан на колесиках и смахнула невидимую пыль, словно прикосновения постороннего к ее внутреннему миру.

– Пограничники так провоцируют потенциального преступника на необдуманные действия, – спокойно ответил спутник. – Им нужно быстро понять, стоит ли тратить время на более тщательную проверку.

– Что же они тебя не проверяли?