Художник ответил мне, что искусство — это похвальба и зрители, что ждут твоих творений с нетерпеньем. Он ответил мне, что быть великим- ничтожная малость по сравненью с тем, что значит быть величайшим, что творения твои останутся миру навсегда.

Писатель ответил мне, что величайшее искусство — это есть величайшая мысль, которую видят люди в твоем творении. И пока будет жива мысль, будет живо и творенье, и останется оно величайшим.

И я, мыслитель, вывод сделал о искусстве величайшем. И понял я, что слава — это и есть искусство. Ведь слава творцов отличается от славы королей. Их слава — это есть величайшее восхищение. И понял я, что искусство нужно ради славы. Искусство важнее славы королей.

Агофодор Зенон.

— Золотая аллея — самое любимое место всех жителей города Осени. Ты увидишь, как оно шикарно, — рассказывала Доминике Альмира, пока они направлялись по красивым улицам города. — Но, конечно, заблудиться там очень легко. В первую очередь, разбегаются глаза и непонятно, куда идти. Вещи, созданные магией, так и тянут тебя купить их, и ты не можешь остановиться, пока не закончатся твои деньги.

— Листья? — переспросила девочка, вспомнив слова ёжика.

— Да какие листья! Обычные золотые монеты. Я же уже говорила, тот еж тебя обманул. Вполне вероятно, что он помощник Агнес, а ей верить нельзя. Совсем он тебя запутал своими листьями. У нас обычные золотые монеты. Останови меня, когда я буду покупать. Запомни, Доминика, мы идем туда не просто для развлечений. Мы идем туда из-за дела. — Альмира вздохнула. — Думаю, тебе уже можно рассказать. Присядь.

Они присели на первую попавшуюся лавку, которых, впрочем, было много, и фея начала говорить:

— В каждой истории есть Главный Герой. Именно он и есть тот, вокруг которого случаются все события. Нам известно давно, что ты попала сюда неспроста. Кроме того, ты из этого мира, и это давно ясно. Просто кто-то не хотел, чтобы ты попала сюда раньше, а сейчас для этого самое время. Подозреваю, что этим кто-то оказывается Агнес. Значит, в этот день, во время этих соревнований, случится нечто особенное, что изменит наш мир, для чего и требуется Главный Герой. Ведь если бы Алая герцогиня хотела захватить власть, она не стала бы возвращать наследницу престола. А может, это сделал Жрец. Мы не знаем, кому служит еж, но он единственный тотем, кто всегда был против Каролингов. Но, Доминика, это давно пора было сказать, девочка моя — ты наследница. Наследница престола города, наследница силы времени, завоеванной Агнес, ведь сила та принадлежит нашему карнавалу. Ты дочь Первой Принцессе, Амелии Каролинг, которую убила Агнес, чтобы завладеть троном. И еще ты Главный Герой, а значит, в этой игре у тебя не будет проигрышей. Ты пройдешь все пять испытаний, это говорят карты расклада, в которых я — твой наставник. И не будет ничего, что было бы тебе не по силам. А в Золотой аллее, в театральной сцене, начнется первое испытание. Ты и Филипп. Ты наконец его увидишь, но выиграть ему не светит. Ну ладно, пошли. — Альмира подхватила почему-то совсем не удивленную Доминику и вновь потащила ее в Золотую Аллею.

Улицы были, бесспорно, красивы, но Альмира пообещала, что Золотая аллея во много раз красивее.

«Куда еще красивее?» — подумала Доминика, разглядывая улицу Зефирных Даров, с ее белыми, словно подушки, небольшими домиками и мягкой ковровой дороге, по которой все катались, словно по льду, почему-то на коньках.

«Нет, можно еще красивее», — снова подумала Доминика, когда увидела Серебряную улицу, где все дома были сделаны из этого металла, и даже небо отливало серебряным.

«Куда еще красивее-то?!»- мысленно воскликнула девочка, когда поглядела на Неоновую улицу, где вокруг сверкали огоньки так, что в глазах рябило.

Ей уже надоели эти улицы, поэтому Доминика решила, что, должно быть, долго смотреть на одну и ту же улицу скучно и, возможно, если долго в ней жить, то в конец можно ее возненавидеть. Потому-то все улицы разные. Чтобы можно было менять обстановку, даже цвет неба, ведь яркие огоньки окрашивали его в самые разные цвета.

— А большой ли город? — спросила Доминика.

— Двадцать миллионов, — не оборачиваясь, проронила Альмира.

— Двадцать миллионов чего?

— Людей, конечно же. Раньше было меньше, но после завоевания Эаоса Агнес увеличила город, и потому и людей стало больше.

«Ну и как мне ими править? — с тревогой подумала девочка. — Пусть Агнес правит, а я что?»

Она даже не стала задумываться, почему она не удивилась, что она принцесса и дочь до этого убитой принцессы. Наверное, лимит удивляться на сегодня был исчерпан. Потому что сегодня она узнала столько, чего не узнавала за всю свою жизнь никогда. И потому-то Доминика решила больше не удивляться, что бы ни случилось.

Красивая улица, покрытая красной мостовой и окруженная роскошными высокими домами. «Этажей десять, не меньше», — насчитала девочка. И в конце ее — огромные ворота, окруженные круглой рамкой, сверкающие и прямо-таки искрящие магией. Люди проникали прямо в них, пропадая за воротами, входя туда.

— Готовься удивляться, Доминика, — прошептала ей Альмира. — Золотая аллея — удивительное место.

И шагнули внутрь. Девочка не выдержала столь яркого света и закрыла глаза. Но потом решила все-таки посмотреть.

Приоткрыв один глаз, она тут же закрыла его обратно.

— Держи зонтик, — всунула ей в руки Альмира неизвестно откуда взявшийся летний кружевной декоративный зонт, и только тогда Доминика решила открыть глаза.

— Она не просто удивительна, Альмира, — восхищенно проговорила она. — Она ОСЛЕПИТЕЛЬНА!