– Эй, парень? – обратилась она к нему. – Подзаработать хочешь?

Мальчишка, будто не веря своим ушам, часто заморгал и от удивления приоткрыл рот.

– …Наверное.

– Разносить напитки умеешь?

Бедняга так разнервничался, что едва не угодил в бассейн, засмотревшись на стройную хозяйскую дочь.

– С кем это ты говоришь? – спросила Алиса в трубке.

– Чистильщик бассейна, – лениво ответила Оливия и снова надула пузырь. Когда тот лопнул, в жарком воздухе будто застыл запах искусственных ягод. – Да уж, с приветом пацан. Таращится на меня и краснеет.

– Это Макар! – сообщила Алиса. – Он безобидный и добрый мальчишка.

– Тебе нужны деньги, клоп? – громче спросила его Оливия. – Или так и будешь глазеть на меня?

– Я могу подровнять зеленые кусты, – кивнул он, опустив совок и ведро на каменистую дорожку. – Могу помыть машину.

– На кой черт мне сдались твои кусты? Мне нужно, чтобы ты приносил и уносил напитки! – фыркнула Оливия. – Работа не сложная.

– Приносить и уносить их для…тебя?

– Для меня и моих гостей! – Оливия громко вздохнула и обратилась к подруге. – Дети какие-то странные пошли! Я ему заработать предлагаю, а он заикается и ничего внятно ответить не может. Не хочешь денег, – бросила она ему, – твое дело! Ходи в этих кошмарных лохмотьях до пенсии и питайся хлебом с водой! Алиса, будь добра, найди нам кого-нибудь? У меня не получается общаться с прислугой! – хохотнула Оливия, поудобнее расположившись на шезлонге. Шутка показалась ей забавной. – Вечеринка начнется в восемь вечера. Но ты приезжай пораньше.

– Хорошо. Не беспокойся ни о чем! С тебя только место и выпивка.

– «Только»! – закатила глаза Оливия. – А с тебя адекватные и веселые гости!

Подруги попрощались. Издав очередной протяжный вздох, Оливия повернула голову на бок.

Предвкушение веселой ночи приятно щекотало нервишки. Вдруг среди гостей найдется тот, с кем она проведет оставшуюся часть лета? Нечестно, что поступление в высшее учебное заведение отнимало столько чудесных летних дней, которые могли быть потрачены на встречи с подругами, танцы и дела сердечные. От местных парней Оливия мало чего ожидала. В конце концов, они были деревенскими простаками, до которых слишком медленно доходил прогресс человечества. Инфантилизм Оливии Линдберг читался в каждом её движении. Высокомерный взгляд в обрамлении злого веселья она унаследовала от матери. Причем обе с успехом пользовались им, когда рядом не было главы семейства. Возможно, что деятельный Марк Линдберг понятия не имел, какими порой стервами бывали его любимые женщины.

Оливия уже забыла о присутствии мальчишки, которому её отец платил скромное жалование за чистку бассейна от веток и листьев. Для полномасштабной уборки Марк Линдберг нанимал специализированную компанию. Только она провалилась в приятную сладость фантазий о своем безоблачном будущем, как зазвонил чей-то телефон. Звук был слишком громким и показался Оливии дурацким. Такие же только на дешевых кнопочных телефонах бывают!

– Да, Макс? – ответил на звонок мальчишка. Он опустил голову и его лицо пряталось за помятыми полями панамы. – Да, я почти закончил. Правда? Нет, ты не шутишь? Серьезно?! – обрадовался он. – Это же круто! Тогда я сейчас же побегу домой! Хорошо, я понял! Тогда жду тебя на улице!

Оливия поднялась на локтях, почему-то заинтересовавшись внезапной радостью малолетки. Она сняла очки, заметив в его руке тот самый кнопочный телефон, и бросила короткий смешок в сторону.

– Эй, малявка? Что тебя так обрадовало?

Мальчишка поднял совок и ведро, явно намереваясь уйти.

– Мой старший брат приехал! Сейчас он заберет меня, а потом мы поедем в «Карамель»! Он всегда так делает! – продолжал улыбаться мальчишка. – Заказываем молочные коктейли, пиццу и вот такие пирожные… – Мальчишка замолк, поздно сообразив, что Оливия Линдберг находила его ответ до крайности смешным. – Что ж, я уже всё сделал. Твой отец попросил меня заглянуть через пару дней. Приду во вторник.

– Так и что? Не хочешь подзаработать? У тебя ужасный телефон, а твоя одежда оставляет желать лучшего. – Оливия считала, что поступает благородно. И хотя ей приходилось буквально упрашивать малолетку превратиться на несколько часов в официанта, она была уверена, что демонстрировала щедрость своей души, напоминая смущенному мальчишке о его старом телефоне и смешной одежде. – Приходи в семь, если хочешь помочь своей бедной семье. Заплачу тебе тысяч пять.

– Пять? – ошарашено посмотрел он на нее.

– А что ты думал? Если ты будешь вовремя подносить коктейли мне и моим друзьям, сам останешься только в плюсе. Пять тысяч на дороге не валяются. Если приведешь ещё пару человек, им по тысяче, а тебе две сверху.

– Семь? – ахнул мальчишка. – Но я не могу. Макс приехал. Я так скучал по нему…

Оливия фыркнула и снова опустилась на шезлонг. Этот разговор ей наскучил. Проявление щедрости слишком утомляло.

– Твое дело! А теперь всё, уходи и не мешай мне отдыхать!

Она не видела, как мальчишка, остановив на ней нерешительный и слишком продолжительный взгляд, вскоре задумчиво побрел в сторону отдельно стоящего домика, в котором были сложены различные инструменты, газонокосилки и оставшиеся от давней стройки материалы.

Ей нравилось оставаться одной. Аглая Линдберг редко бывала дома. С самого рождения Оливии она только и делала, что летала по всему земному шару в скрытой надежде убежать подальше от докучающих обязанностей новоиспеченной матери. Подгузники, смеси, бутылочки и постоянный недосып – привилегия глупых женщин, положивших конец своему личному счастью во благо другой маленькой и совершенно неосознанной жизни. Если существовали люди, которые могли взять все эти обязанности на себя, так почему бы не воспользоваться их услугами? Нянечки, воспитатели, учителя – они сами выбирали для себя профессию. Хотели нянчиться и учить чужих детей – скатертью дорога.