— Извини за беспокойство, Энни. Босс здесь?

— Нет, Стью, его нет. Где ты побывал, чтобы дойти до такого состояния?

— В пабе в деревне. Могу я зайти и подождать его? Я пока не хочу идти домой — ну, вообще-то, у меня нет дома, куда бы я мог пойти, и нет способа добраться до него, если бы я захотел.

Энни скривилась, но у нее не осталось выбора. Она не могла позволить ему выйти на улицу в таком состоянии — могло случиться что угодно. Стью не знал местности и мог упасть в ручей или потерять сознание на одной из узких дорожек, вдоль которых нет фонарей.

— Проходи. Я принесу тебе крепкий кофе. Ты вообще ел сегодня?

— Нет, ни кусочка. Не хочу кофе. У тебя нет ничего покрепче?

— Извини, мы не покупали алкоголь с тех пор, как я забеременела, так что кофе или вода, на твой выбор.

Формально это не совсем так. У них стоял холодильник, полный вина, в подсобном помещении, но Стью, конечно, об этом не знал.

Энни пошла на кухню, Стью последовал за ней. Она поискала на столе свой телефон, чтобы написать Уиллу сообщение и попросить его вернуться домой, но не нашла. Телефон лежал там менее пяти минут назад, так куда же, черт возьми, он делся? Она выругалась себе под нос. Сейчас не время для игр ее призрачных друзей. Энни повернулась, чтобы посмотреть на Стью, успевшего забраться на кухонный стул, на котором она сидела. Он пристально смотрел на нее, и ей стало не по себе, поэтому она отвернулась и принялась готовить ему кофе и засовывать хлеб в тостер.

— Как же тебе повезло, правда?

Энни повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Да, наверное, но я знаю это, Стью, и каждый день благодарю Бога за все, что у меня есть, и за то, что я просто жива после всего, что случилось.

— Брехня.

Энни не понадобилось шестое чувство, чтобы понять, что Стью ищет повода для ссоры. Разве она не прожила годы с человеком, который вел себя точно так же, когда напивался? Она посмотрела на телефон в холле и подумала, стоит ли звонить Уиллу, ведь ее мобильный исчез. Она поставила кофе и тосты на стол перед Стью, который оттолкнул кружку, расплескав кофе во все стороны. Схватив кухонное полотенце, Энни начала вытирать пролитое. Когда она протянула руку, Стью схватил ее за запястье.

— Что в тебе такого, Энни Грэм, что превращает мужчин в убийц, а моего босса — человека, прежде бывшего моим героем, — в полного слабака?

Она отдернула руку и отступила.

— Уилл на пути домой. Он скоро будет здесь. Почему бы тебе не спросить его?

Ее сердце бешено колотилось. Энни знала, что в обычный день смогла бы справиться со Стью, но сейчас она беременна, а он пьян. Мужчины гораздо сильнее, когда они плохо соображают. Она начала отступать от него, думая, что если оставит его, то сможет пойти и запереться в ванной и надеяться, что найдет свой телефон по пути наверх.

— Не стесняйся — ты можешь мне рассказать. Дело в деньгах, припрятанных в банке, или в том, что он действительно так хорош в постели? Или дело в тебе? Должно быть. Ты, надо думать, действительно умеешь классно трахаться, если мужчины слабеют перед тобой и кладут свои жизни, желая тебя убить. Может покажешь мне, насколько ты хороша? Уилл не будет возражать. Он любит женщин, наш старина Уилл — не поверишь, сколько их у него было за те годы, что я с ним работаю.

Сердце Энни колотилось в груди. Это все равно, что слушать Майка снова и снова. Она продолжала пятиться к лестнице, лихорадочно осматривая комнату в поисках пропавшего телефона. Стью поднялся со стула и, спотыкаясь, сделал пару шагов к ней.

— Давай, что скажешь — ты и я, мы можем немного повеселиться, пока Уилл не вернулся домой. Возможно, со мной тебе понравится больше, чем с ним, никогда не знаешь.

По коже Энни ползли мурашки, и ей захотелось подойти и ударить его по яйцам так сильно, чтобы ему понадобилась пластическая операция по удалению их из заднего прохода — но она не хотела применять насилие, пока не придется, потому что это может сделать его еще хуже.

— Вот что я тебе скажу, Стью, почему бы тебе не убраться из моего дома вместе со своим грязным ртом и не подождать на крыльце, пока Уилл вернется домой — потому что тебе здесь не рады. Как ты смеешь так разговаривать со мной? Как думаешь, что скажет Уилл, когда я ему расскажу?

Как только она произнесла последние слова, то поняла, что не следовало этого делать, но теперь уже слишком поздно. Она произнесла их, не подумав о последствиях, и выражение гнева на его лице предупредило ее о необходимости действовать быстро.

Энни повернулась и побежала к лестнице, надеясь, что, поскольку он сильно пьян, то не сможет ее догнать. Она успела добежать до верхней ступеньки, как почувствовала, что Стью схватил ее за лодыжку. Она ударила его ногой по голове, но это его не остановило. Он зарычал от злости и вцепился в нее. Используя всю свою силу, он потащил ее обратно вниз по лестнице, и она почувствовала, что теряет равновесие. Извернувшись, чтобы не упасть на живот, она рухнула на спину и скатилась вниз.

Не успела Энни опомниться, как Стью оказался сверху на ее бедрах. Его горячее, пропитанное пивом дыхание било ей в лицо, она пыталась вывернуться из его рук. Если бы у нее не было живота, она бы припечатала его в одно место, но все, о чем Энни могла думать, это о защите своего ребенка.

Входная дверь хлопнула о стену, и она почувствовала, как Стью скатился с нее, когда Уилл швырнул его к стене и прижал. Его локоть сильно давил на шею Стью и душил его так сильно, что его лицо стало свекольно-красным, и он начал хрипеть.