Естественно, возглавлять имперскую армию во время этого беспрецедентного события должен был член императорской семьи; кандидатура Рея не подлежала обсуждению. Верн с радостью уступил – император никогда не стремился к должности главнокомандующего и довольно редко покидал пределы Империи, сосредоточившись на внутренних делах. Точно так же Верн когда-то отдал на откуп Рею аварский вопрос, хотя изначально именно он принял решение об оккупации головной планеты братской цивилизации, чтобы остановить истребление мирного населения.

Сейчас Рей всё меньше и меньше вмешивался в дела правительства Авара, но постоянно держал руку на пульсе – даже решение о повторном вступлении в Союз требовало его одобрения. Империя в составе целой эскадры и исполинского флагмана на орбите столичной планеты напоминала аварцам, что ничто не забыто: ни пламя гражданской войны, ни визит рэнделов, ни миллионы смертей и среди них главная – Исана Ш’ии.

Джейсон не знал, есть ли у них сейчас моральное право регулярно напоминать об этом аварцам, ведь Исан возрождён. Объяви Семья о появлении рэндела во всеуслышание – напряжение между расами спало бы и огромного множества вопросов удалось бы избежать. Хотя это однозначно ударило бы по Исану – чего-чего, а готовности открыто жить практически как полубожество у него не было. Да и аварцы с их радикальностью могли среагировать чрезвычайно бурно.

Слишком неоднозначный вопрос, который к компетенции Джейсона никак не относился. И права голоса он тоже не имел, а потому не тратил время и силы на размышления: всё равно ничего не сможет изменить. А от его странно щемящего сочувствия Исану, увы, ни холодно ни жарко – все эти годы тот воспринимался лишь жертвой обстоятельств, которая совершенно случайно оказывалась в нужном месте и в нужное время, кардинальным образом влияя на ход событий.

Всё, начиная с отношения мужа к сыну и заранее обречённого брака с Верном и заканчивая гибелью и побегом из Империи в Союз, вызывало ощущение неправильности. Потерянный взгляд усиливал эффект. Под гнётом происходящего Исан не казался живым – тенью.

Или Джейсон судил слишком примитивно?

Даже брак с Мэйнартом и неожиданное пробуждение у того железы казались странными совпадениями – Рей отмалчивался с самого момента возвращения Исана, делиться соображениями не собирался, потому Джейсон мог только наблюдать. Мотивы создателей, обративших свой взор на старшего сына Рея, оставались неизвестными. Было ли в этом зловещее предзнаменование, думать не хотелось – Джейсон не хуже членов Семьи знал историю войны с рэнделами и опасался делать поспешные выводы.

После ранения Мэйнарта Исан появился на Керии всего лишь раз – провёл миниотпуск с мужем и сыновьями одновременно, лишь на пять минут заглянув к отцу и младшим братьям. А ещё Джейсон с удивлением лицезрел, как бывшие супруги отлично ладят с новыми парами друг друга. Хотя в теории это казалось практически невозможным: слишком разными они были. И если нормальное общение Исана и Теллима ещё объяснимо, то каким образом сумели найти общий язык утончённый Верн и хамоватый Мэйнарт, Джейсон не совсем понимал, помнил ещё физически ощутимое пренебрежение племянника мужа в отношении себя.

Во время реабилитации Мэйнарта встречаться приходилось довольно часто – подтрунивание никуда не ушло, хотя можно было догадаться, что никакого негатива оно в себе не несёт. Просто такая манера общения. Рей тоже мог себя вести подобным образом, и нередко вёл. К тому же троюродным братом искренне заинтересовался Май – их объединяли сходные пси-способности и что-то неуловимо к-рутское в поведении, проявлявшееся у старшего сына с каждым годом всё сильнее.

Джейсона присутствие Мэйнарта никоим образом не напрягало, хотя периодически подмывало спросить, как тот умудрился не только задержаться в Союзе, но и оставаться на хорошем счету: звание капитана и внушительный список наград за красивые глаза и язык без костей явно не получишь.

Ожидаемо, вместо ответа на вопрос в лоб Мэйнарт отшутился, но вполне серьёзно добавил, что они с Исаном планируют продолжить службу в Союзе – ни о каком возвращении в Империю речи не идёт. Джейсон не понаслышке знал о союзных условиях, потому и от души удивился. Правда, молча – догадывался, что Исан не слишком требователен в быту и готов поступиться удобствами ради сохранения в секрете факта своего перерождения. К тому же член императорской семьи мог повлиять на Союз в целом – что уже сделал, оказав помощь главе Генерального комитета не только как рэндел, но и как военный с немалым опытом. Сложно сказать, устоял бы Союз без Исана или нет, но ясно было одно: ввиду разногласий в рядах правящей верхушки на Земле и активного вмешательства члена императорской семьи Союз уже не сможет оставаться прежним.

Впрочем, после ухода в отставку с должности старшего лейтенанта союзных войск Джейсон видел изменения: Союз не стоял на месте. Конечно, никуда пока не исчезли коррупция, халатность и корабли-развалюхи, державшиеся на честном слове и множестве клёпок. Только новый союзный флагман ещё во время аварской кампании произвёл положительное впечатление – «Немезида» отличалась современностью форм и вполне конкурентоспособными ТТХ.

В битве за Евразию она и вовсе показала себя с исключительной стороны – во многом благодаря её командиру. Как и Карима Джонс, адмирал Аткерсон был человеком чести и сохранил верность Союзу и его вечным ценностям. В некотором смысле Джейсон его не совсем понимал – а может, слишком много воды утекло с момента перехода. Видимо, просто забыл, что среди его родной расы есть не только корыстные и косные люди, но и настоящие герои.