– Мне только что пришло, – отвечает Эдди. – А ты думаешь, я не догадался проверить?

– Мне тоже, – подтверждает Ви. – У нас даже показатели выросли из-за популярности.

– Очуметь! – вырывается у Салли возглас восторга.

Син абсолютно не понимает, о чем ее дочь говорит с друзьями.

– Чем вы таким, черт побери, заняты? – спрашивает мать Эдди.

– Следи за языком, молодая особа, – дразнит ее Эдди, не отрывая взгляда от дисплея.

– Народ, – вмешивается Ви, – эктапп нам совсем ни к чему! Они хотят наших комментариев? Так пусть получат. Разве сегодня есть необходимость в журналистах, чтобы дать комментарий?

Великолепно, собственная дочь лишает меня работы.

– Значит, поступим вот как… – начинает инструктаж Ви.

Согласившись с ее планом, все напротив двери с сотовыми наготове. Дверь закрыта на цепочку и откроется лишь на сантиметр.

По команде Ви Син открывает дверь. Снаружи репортеры наперебой выкрикивают вопросы. Изнутри все шестеро узников высовывают свои телефоны через узкую щель и разом включают запись.

Дурное настроение Карла отравляет атмосферу в конференц-зале, как неприятный запах. Второй раз за день Уилл созывает свой отряд.

– Теперь еще и эти, – злится Карл, указывая на последнее видео Зеро, идущее по видеопанели. – Бесят. Кем они себя возомнили? Савонаролой? Говардом Билом?

– Кто такой Саворанола? – слышит Уилл шепотом заданный вопрос.

Он дает слово Элис. Лишь на ее профессионализм он может полностью положиться в этой щекотливой ситуации.

– Давайте посмотрим на положительные аспекты акции, – говорит Элис. – Петр.

Глава отдела статистики объясняет:

– Как и было предсказано, новостное освещение событий в Лондоне за прошедшие несколько часов нам лишь пошло на пользу. Мы видим солидный прирост, особенно на восточноевропейских рынках, – эффект Ньютауна. То же самое и с критикой от Зеро. Ее мы измерили точно, – он открывает график с разноцветными линиями. – Есть явная корреляция между увеличением числа зрителей Зеро и приростом числа наших пользователей. Со вчерашней акции к Президентскому дню оба показателя взлетели. Только за прошедшие двадцать четыре часа у нас одиннадцать миллионов новых пользователей! Такого эффекта не давало ни одно маркетинговое мероприятие. Видео Зеро с критикой Freemee абсолютно достоверно подпитывают нашу клиентскую базу.

– Про нас там тоже что-то есть? – спрашивает Карл возмущенно. – В чем они нас обвиняют?

– Агентство социальных рейтингов, манипулирование сознанием, стандартный набор упреков.

– Они нас критикуют, но нам это выгодно? – спрашивает Карл.

– Снова эффект Ньютауна, – говорит Элис.

– К счастью, они этого не знают, – смеется Уилл. – Иначе они этого не сделали бы.

– Или им все равно.

– В любом случае популярность Зеро очень скоро угаснет, если они не продолжат подливать масла в огонь. – Петр демонстрирует кривую, которая после резкого подъема так же резко идет вниз. – Таким, вероятно, будет их развитие.

– Печально, – сожалеет Уилл. – Популярность Зеро спадет. И чем меньше пользователей будут просматривать их ролики, тем меньше будет их позитивный эффект для нас.

– Верно, – подтверждает Элис. – Вообще-то нам стоило бы приложить все усилия, чтобы сохранить популярность Зеро.

Она дает остальным время переварить эту мысль, прежде чем продолжить:

– У меня есть идея.

– Зеро считает нас злодеями, а ты собираешься ему помогать? – спрашивает Карл.

– Ты видел цифры Петра? – отвечает она.

Карл кивает головой.

– Хорошо, и как ты это хочешь обставить?

– Истерическое освещение новостей о Зеро ясно дает понять: охота за головами восхищает зрителей! Тем более когда жертва раскалывает аудиторию. Только вспомните об охоте на Эдварда Сноудена. Дозированные новостные вбросы. Загадки про то, где он найдет убежище, что с ним будет дальше. За его историей угадывалась рука сценариста.

– Тема наскучит через пару дней, – возражает Уилл.

– Тему можно долго вываривать, подогревая интерес к ней периодически, – парирует Элис. – Любой сериал строится на этом принципе.

Она проворно набирает что-то на своем смартфоне, выводит на экран киноафишу: «Беглец».

– Старый фильм из девяностых. Базируется на еще более старом ТВ-сериале из шестидесятых. Если вы еще не забыли, что такое телевидение, – шутит она и получает в награду несколько смешков.

Уилл ощущает себя стариком.

– В сериале, как и в фильме, главного героя, врача, разыскивают из-за подозрения в убийстве жены, хотя он невиновен. За сериалом зрители следили четыре года. Четыре года! Просто смотрели, как за этим типом охотятся полицейские! – продолжает Элис.

– И ты хочешь инсценировать похожую историю, но времен интернета? – спрашивает Уилл недоверчиво.

– У нас для этого есть все компоненты. Самый могущественный политик мира в ярости охотится за Зеро. Вместе с тем Зеро симпатизируют массы, потому что он выступает против вездесущей слежки.

– За головой Зеро или за головами? – требует деталей Уилл.

– Наверное, заголовами, – отвечает Элис. – Сколько человек прячутся за маской, неизвестно.

– Сверхсилачи преследуют слабака, – размышляет Уилл, проникаясь идеей Элис. – «Враг государства», «Бегущий человек» и «V – значит вендетта» выстрелили благодаря этому сюжету.