— Говорят, — начал лейтенант, — будто штаб-сержант Магвайр считается лучшим «эс-ином» на острове?

«Вот расшагался, чертов гусь, — мелькнуло у Мидберри. — Хоть бы на минутку остановился. Ходит и ходит, аж в глазах мельтешит». Вслух же ответил:

— Так точно, сэр. Его все очень уважают. Не желаете ли присесть, сэр?

— Ответ отрицательный… Вы ведь впервые работаете со взводом, сержант?

— Так точно, сэр, впервые. — Про себя подумал: «Насмотрелся, видать, детективов, позер. Вот и разыгрывает из себя хитрого сыщика. Прямо как на телевидении. Вопросы-то задает, а сам уже и ответ знает». Неожиданно его вдруг стукнуло: «А ведь, поди, солдаты обо мне так же думают, как я об этом пижоне. Фальшивку сразу видно. Может быть, этот лейтенант вовсе и не такой уж спесивый, как со стороны кажется? Просто старается как следует свое дело делать. И это позерство обманчиво. Оно от волнения, оттого, что он сразу не знает, что делать. Трусит, поди, не меньше, чем я в первый раз, когда за взвод взялся. Вон ведь какой еще зеленый. А ему приказано разобраться, что за человек этот Магвайр, которого считают лучшим „эс-ином“. Затрясешься, пожалуй».

— Надо думать, — продолжал тем временем офицер, — вам повезло, что, впервые работая со взводом, вы попали к такому человеку, как штаб-сержант Магвайр с его опытом и знаниями?

— Так точно, сэр! Вполне с вами согласен.

— Он ведь многому может вас научить. Всему, что касается работы «эс-ина».

— Так точно, сэр! Может…

Лейтенант мельком взглянул на Мидберри и сразу отвел глаза. Высвободив из-за спины руку, медленно потер подбородок. Мидберри ждал, что он еще скажет, но офицер молча глядел на крышку стола, думал.

— Виноват, сэр! — нарушил молчание сержант. — Но, может быть, господин лейтенант не возражает против чашечки кофе?

Лейтенант молча отрицательно покачал головой…

— Сержант Магвайр должен вот-вот прибыть, — снова заговорил Мидберри. — Если хотите, я могу узнать у его жены, давно ли он ушел из дома. Это ведь пара пустяков, — он было взялся за трубку.

— Нет, нет. Не надо. Я подожду… Пожалуй, если у вас действительно найдется чашечка кофе, сержант, я не откажусь… Если, конечно, это для вас не составит труда…

«Ага, — подумал Мидберри, — так ты, голубчик, все же трусишь». Вслух же сказал:

— Какие там труды, сэр. Я и сам собирался чашечку выпить.

Он быстро поставил кастрюльку на огонь, насыпал в две чашки быстрорастворимого кофе…

Лейтенант подошел поближе, взял стул, уселся:

— Сержант!

— Слушаю, сэр!

— Такие дела никому ведь не нравятся. Все, наверно, были бы рады, если бы можно было не обращать на них внимания. Однако, к сожалению, мы вынуждены считаться с общественным мнением. Газетчики вон только и ждут, как бы нас зацепить, особенно, если можно поорать о жестоком обращении с новобранцами и о прочей ерунде. Поэтому такие дела необходимо разбирать быстро и хорошо. Пока репортеры не успели пронюхать.

— Вполне с вами согласен, сэр…

— Я что хочу этим сказать. Никто вовсе не собирается превращать штаб-сержанта в ненужную жертву, гнать его, фигурально выражаясь, на Голгофу. Мы ведь производим расследование, а не чистку. Так что прошу меня правильно понять: мне нужны лишь факты. Все факты, касающиеся данного происшествия. Будем надеяться, что они окажутся недостаточно серьезными, чтобы предпринимать какие-либо дальнейшие шаги. Надеюсь, я достаточно ясно излагаю свою мысль?

— Так точно, сэр, — немедленно ответил Мидберри. Он в это время наливал в чашки кипяток и быстро размешивал кофе. Первую чашку тут же подал лейтенанту. — Абсолютно понятно, сэр. Каждый из нас ведь делает свое дело.

— Совершенно точно, — согласился офицер. Улыбаясь чему-то своему, он маленькими глотками отхлебывал кофе. — Мне бы очень хотелось, чтобы между нами сразу установилась полная ясность. Никаких недомолвок. Тем более, что все это расследование, надеюсь, не займет много времени. Дадите мне список всех, кто в момент происшествия находился вблизи этого… как его… Купера. Я побеседую с ними, сверю показания, и, будем надеяться, на этом все кончится. — Он отпил еще несколько глотков. — Как вы считаете, с этими показаниями не возникнет каких-либо затруднений?

Мидберри чуть было не отчеканил обычное «Так точно, сэр», но вовремя спохватился. Действительно, откуда он может знать, что все показания будут как одно? Только в том случае, если все уже отрепетировано. А об этом говорить не следовало. Поэтому он предпочел более осторожную формулировку:

— Не думаю, сэр. Вы начнете допрос, сами увидите…

— Но ведь не исключено, что кто-нибудь из новобранцев может в данной ситуации попытаться свести, счеты с «эс-ином»? Может даже дать ложные показания. Как вы считаете, сержант?

— Да как вам сказать, сэр. Право, не знаю. Не думал как-то об этом. От этих новобранцев можно ждать чего угодно. Никогда не знаешь, что они еще выкинут. — Он изобразил на лице подобие улыбки. До чего же ему был противен весь этот разговор, эти неуклюжие попытки офицера делать вид, будто у них идет товарищеская беседа. Что-то вроде дружеского обмена мнениями. Лейтенант не иначе как считает его. зеленым слабачком, которого ему раз плюнуть обвести вокруг пальца.

— Вам, конечно, известно, кто из солдат находился рядом с пострадавшим в момент, когда это случилось? Не так ли?