Селим. Жора, я бы хотел проверить, из какой соски кормили тебя.

Жора. Вообще-то, я предполагал, что у тебя в мозгу вместо извилин тоже одни мышцы, но, видимо, я ошибался: наличие самого мозга в твоей голове не просматривается. Иначе ты бы не стал открывать рот, когда тебя не спрашивают. (Жора приглашает Селима на ковёр и с лёгкостью принуждает его к сдаче.). Скорее всего, когда я по-настоящему начну вам всем морды бить, тогда, может быть, тренироваться будете, как следует. (Жора поднимает Селима с ковра). А ну, дыхни, Селим. (Селим исполняет приказ). Я только что отравился, и отравил меня ты, Селим. Я это расцениваю как покушение на мою жизнь. За покушение прощаю, но для начала я тебя оштрафую, а потом месяц не будешь получать зарплату.

Селим. Не понимаю, какой ещё штраф, если потом зарплату отнимешь?

Жора. Узнаешь! И даже очень скоро. Оставайся здесь, я тебя вызову в свой кабинет.

Жора заходит в свой кабинет и нажимает на кнопку вызова. Входит Ваха.

Жора. Ваха, у меня к тебе дело на пять секунд. Наша фирма процветает: бордели работают, на автобизнес пожаловаться не могу, но…

Ваха. Что «но», Жора?

Жора. Но ты почему-то потерял хватку. Некоторые шлюхи позволяют себе непозволительное: они хотят замуж. В некоторых работниках салона я отмечаю лень и стремление принять на грудь. В дупель я, конечно, никого не видел, но мне всё равно любители заложить за воротник не нужны.

Ваха. Э-э, Жора! Зачем про хватку, какие ко мне вопросы?

Жора. Ты моя правая рука. Не обязательно ликвидировать всех направо и налево; это касается только моих врагов, но следить за порядком – это тоже твоя обязанность.

Ваха. Я разговаривал с твоими врагами, они теперь мёртвые ходят, но как я могу запретить шлюхам хотеть замуж?

Жора встаёт, открывает дверь своего кабинета, кричит:

Жора. Эй ты, а ну иди сюда. Тебе, тебе говорю, Селим.

Входит Селим. Жора подводит его к столу и вдруг неожиданно наносит ему удар в челюсть. Работник отлетает к стене, Жора подаёт знак Вахе, и он выбрасывает работника за дверь.

Жора. Ваха, примерно так ты должен учить нашу начинающую пьянь уму-разуму, не всех же увольнять. Теперь – о шлюхах: они у нас хорошие, холёные, пышные ты должен их периодически учить жить через сутенёров.

Ваха. В моей голове, Жора, сейчас бордель не хуже нашего. Клянусь Аллахом, ничего не понимаю!

Жора. А надо понимать, Ваха! Сутенёров ты должен инструктировать так же, как я только что инструктировал нашего качка – любителя подышать на меня перегаром.

Ваха. О Аллах! Всё равно не понимаю, что делать со шлюхами, которые замуж хотят?

Э-э! Они такие хипишнутые, от них только голова болит.

Жора. Поболит – перестанет, тем более что ничего с ними не надо делать. Но вот с их женихами тебе придётся побеседовать ну, примерно так, как я тебе только что показывал. Уж извини за однообразие моих советов. На этом у меня всё, иди.

КАРТИНА 3

Сцена представляет собой квартиру Кольки. Колька сидит за столом, выпивает. Звенит дверной звонок. Колька открывает дверь – видит Петра Ивановича.

Колька. А-а! Кого я вижу! Ты проходи, проходи.

Пётр Иванович проходит к столу. Колька придвигает к Петру Ивановичу рюмку с водкой.

Колька. Пей, значит!

Пётр Иванович. Что-то не хочется, поговорить бы надо.

Колька. О! Да кто ж без рюмки разговаривает-то!?

Пётр Иванович. Ладно, выпью (Пётр Иванович выпивает водку.)

КОЛЬКА. Молодец, Иваныч! Ты чего, вообще, пришёл-то?

Пётр Иванович. Видишь ли, Коля, у меня к тебе вопросик есть, только не знаю, как и задать его.

Колька. Здрасте!! Вопросик он не может задать! Хотя, честно говоря, я тоже много чего не могу (Колька старательно чешет всей пятернёй затылок). Например, начальника своего в зад послать не могу. Очень хочу, но, не могу, значит!

Пётр Иванович. Это серьёзный вопрос!