Шрифт:
Анжелика всегда уверяла себя, что одиночка. Твердила себе, что ей намного лучше одной.
Но она просто не умела доверять людям.
Анжелика сделала глубокий вздох, пытаясь унять слезы. Сняла с себя мокрую одежду и завернулась в полотенце. Делать что-то, планировать что-то, или еще хуже – думать, у нее не было сил, а потому она просто упала на кровать и уснула, где-то в глубине души веря, что скоро придет добрый дядечка волшебник, который устроит ее жизнь и исполнит все мечты.
Глава 3. Чужаки
– Вставай, соня! А то опоздаешь на работу!
Анжелика вздрогнула и открыла глаза. Да, она все еще находилась в этой странной квартире, да она все еще мертва (может, это просто болезнь, а? А может, она и вовсе стала супергероем?).
Вика хозяйничала на кухне, готовя завтрак. Только сейчас Анжелика задумалась, как уже второй день подряд Вика умудрялась попадать в квартиру. У нее что, есть ключ? Непременно нужно будет отнять его.
– Яичница на столе, солнце, – сказала Вика и улыбнулась.
Анжелика лишь скорчила гримасу и нырнула под одеяло. Она уже второй день совершала стратегическую ошибку. Нужно было уходить… Хотя, у нее ведь все равно пока нет плана действий. Ей некуда идти.
– Ну же! Мы ведь не хотим опоздать, правда?
Анжелика сдалась и поднялась с кровати.
– И долго ты будешь исполнять роль моей мамочки? – зевая, спросила Анжелика.
– Пока не буду спокойна за тебя.
– Всегда… – пробормотала Анжелика себе под нос и заперлась в ванной. С прической, разумеется, была беда. Анжелика себе напомнила, что нельзя ложиться спать с мокрой головой. Сделав пучок на скорую руку, она умылась, потом отрепетировала в зеркале улыбку, которая должна всех убедить, что она в полном порядке, всему верит и не собирается никуда бежать. Потом Анжелика плюнула на это, ведь оказалась ужасной актрисой.
В магазин они не опоздали. Анжелика сама не понимала, почему вообще соглашалась приходить сюда. Обычно она делала лишь то, что хотела. А в этот список точно не входила работа в магазине всякой чепухи.
Едва раздевшись, Анжелика засела в дальнем углу и достала блокнот. Ей хотелось творить, писать, но… мешал какой-то барьер.
Она вспомнила себя до… (Анжелика глубоко вздохнула и решила, что нужно как-то привыкать к этому слову) смерти. Она писала всегда. И ей было не важно, где она находилась. В сумке валялся блокнот, в который она записывала идеи, интересные мысли и расписывала сюжеты. Тексты же она набирала либо на своем ноутбуке, либо на телефоне. Смотря, где заставало вдохновение. Она даже умудрялась на парах писать. Ее девизом было: ни дня без строчки. А провести день в универе и не написать ничего – считалось для нее чем-то странным и непонятным.
Теперь же не было сил писать. Ей хотелось. Ужасно. Сюжет романа, что она начала писать еще до… (соберись!) смерти, лежал готовый. Но теперь все переменилось. Окружающая обстановка давила. Раньше же она могла писать даже под дулом пистолета (хотя и не практиковала такое, к счастью).
– Тяни, – сказала Яна, протягивая крепко сжатый кулак Анжелике. В нем она держала три карандаша, от которых были видно лишь по сантиметру.
Анжелика от неожиданности вздрогнула, ведь слишком погрузилась в свои мысли, а потому не заметила, как к ней подошла Яна.
– Что это? – спросила Анжелика.
– Мы обычно работаем по сменам. Два через один. Чтобы не ругаться, пусть решит судьба, у кого сегодня выходной.
Анжелика кивнула и вытянула карандаш. Затем свой выбор сделала Вика.
– У кого короткий – тот отдыхает сегодня. У кого самый длинный – завтра.
Анжелика оценила выбранные карандаши и улыбнулась.
– Похоже, я свободна.
– Не натвори глупостей! – ответила Вика с улыбкой. – Завтра я за тобой зайду!
– Да, мамочка.
Анжелика хотела уйти, но передумала. Слишком много вопросов у нее накопилось.
– Значит… я мертва?
– Именно, – ответила Яна, откладывая книгу. Она с интересом взглянула на Анжелику. Казалось, что она давно ждала от нее подобных вопросов.
– А почему сердце бьется?
– Оно остановилось. Но потом запустилось вновь, чтобы твое тело могло нормально функционировать.
– А есть мне нужно? Или могу и без еды жить?
– Хотя бы раз в пару недель. Иначе волосы выпадут, ногти… в общем, вид будет тот еще.
Анжелика живо представила себе разваливающую бабулю без ногтей и волос, кожа которой кусками отваливается. Она дернула плечами и помотала головой, пытаясь отогнать видение.
– А почему у меня кровь есть?
– Говорю же, чтобы тело могло нормально функционировать. Тебе и в туалет нужно ходить.
– Я заметила.
– Главное воду пить каждый день, – включилась в разговор Вика. Она уже успела откуда-то вытащить пачку печенья «Юбилейное» и довольно жевала, стряхивая крошки с юбки на пол.