Рассказ продолжает традиции Чехова и Достоевского, не лишен духа сентиментальности.
Серая масса толпы пробиралась к эскалатору. Люди, обремененные пакетами, сумками, чемоданами, а главное своими тяжёлыми мыслями, выстраивались в неровную очередь, чтобы выбраться наконец из подземки на улицу, глотнуть свежего потока живительного воздуха.
На дворе начиналась весна, и, хотя в городе она представляет собой не такое яркое событие как за городом, где природа внезапно неожиданно просыпается и увлекает все за собой в радостном бурлящем потоке водной стихии, горожане тоже чувствовали весеннее обаяние. Невзирая на грязный мокрый снег под ногами, на кучу разного мусора по краям тротуара, люди щурились на яркое солнышко, отогревались после долгой зимней спячки, и в душе возникало то неясное, но стойкое ощущение бессознательного счастья, которое подарить может только весенний день.
Именно в это время я тоже ждала очереди на эскалатор и была погружена в свои бесхитростные мысли, как вдруг услышала бодрый женский голос:
– Вы мне не поможете подняться в город?
Я оглянулась и слева от себя заметила девушку, с каштановыми волнистыми распущенными волосами, в темненькой просторной куртке. Она обращалась, видимо, ко мне, хотя я сразу поняла, что она слепая. В левой руке она держала специальную трость и вся улыбалась.
– Конечно, конечно, – я быстро произнесла и подхватила девушку под правую руку, которая была свободна.
Мы шагнули на ступени эскалатора, и стали подниматься.
Времени у меня было совсем мало, чтобы разговорить мою миловидную спутницу. Поэтому я тут же завязала с ней разговор. К счастью, она оказалась разговорчивой.
Конец ознакомительного фрагмента.