Она смело шагнула в зеркальный портал, который перенес их с Азурой сюда, и вернулась в карцер. Кайли прислонилась к холодной каменной стене и сползла по ней вниз. Прикрыла лицо руками и покачала головой. Вот черт! Она сейчас серьезно так разговаривала с богами?

«Молодец, Кай! Просто шикарно,» – подумала девушка, зажмурившись.

Глухое покашливание вернуло брюнетку в реальность. Рядом с ней стояла Азура. Кайли впервые решила окинуть ее взглядом: блестящие белые волосы с голубым отливом, красивые голубые глаза, простая серая блузка, черные штаны из плотной ткани и сапоги на низком каблуке. Вокруг тонкой шеи обмотан легкий шарфик из светлого шелка. На розовых тонких губах играла слабая улыбка.

– Выслушай меня, хорошо? – устало спросила богиня, на что получила чуть заметный кивок головой. – Кай, в твоих руках скоро окажется целая империя, ты это понимаешь? – Еще один кивок. – Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, но, к сожалению, я не знаю, какой именно поступок запустит цепочку разрушающих событий. Возможно, это будет один из принятых тобой указов или плохое знакомство. Но знаешь, я в тебя верю. Поэтому во время коронации я приду и дам тебе свое благословение. Не подведи меня, ладно?

Наследница империи, которая ей и не нужна, шепотом ответила: «Ладно». Азура, улыбнувшись уже более открыто, погладила девушку по холодной коже запястья. Богиня исчезла, а брюнетка поднялась с пола и повернулась на слабый звук шагов. На выходе из карцера появилась фигура Аралиты.

– Кайли, Вы в порядке? – Блондинка оглядела свою госпожу с ног до головы и, взяв за руку, повела к лестнице. – Вас хочет видеть глава рода. Леди Морая ждет у себя в кабинете, я покажу, где он. Там что-то срочное, поэтому, пожалуйста, давайте поторопимся.

– Конечно.

Девушка послушно следовала за своей фрейлиной по множеству петляющих коридоров, размышляя о произошедшем, пока они не вошли в огромный зал с мраморными колоннами. Аралита провела ее к одной из дверей, которую открыла, предварительно постучав по дорогому дереву.

В кабинете на сером диванчике сидела статная женщина, в чьих седых волосах сверкали темные рубины, создавая яркий контраст. В ее изящных руках покоилась фарфоровая чашка с ароматным чаем, а рядом, на столике, стояла вторая для вошедшей гостьи. МораяСангинар поднялась и придирчивым взглядом окинула внучку, которую ее младшая дочь так безответственно скрывала. Женщина удовлетворенно улыбнулась, довольная изысканным нарядом и осанкой девушки, и присела обратно на мягкие подушки, расправляя грифельную ткань своего строгого платья. Указав рукой в плотной перчатке на место подле себя, Морая вновь взяла чашку и сделала маленький глоток горячего напитка. Кайли последовала немому приказу родственницы, а ее фрейлина, поклонившись правящим особам, молча покинула комнату.

Сквозь плотные зеленые шторы в личный кабинет главы рода не мог проникнуть солнечный свет, поэтому в выполненной в темных оттенках комнате царил легкий полумрак, разгоняемый лишь огнем пары свеч. Морая любила это место за атмосферу силы, власти и пустоты. Она стала вдовой много лет назад, а пережить потерю мужа смогла лишь при помощи одиночества. В этих четырех стенах прошли худшие годы ее жизни, они видели все: горе, слезы, злость, отчаяние, страх, стойкость, силу и преданность. Единственными, кто не боялся потревожить покой императрицы, были сестры-близняшки с горящими голубыми глазами. Одилия и Изольда делали все, чтобы мать оправилась от потери и вернулась к ним. Но потом она потеряла и одну из своих драгоценных девочек.

Две женщины, совсем непохожие друг на друга, сидели рядом и молча думали о своем. Кайли – зачем глава позвала ее, а Морая – верно ли ее решение. Разобравшись со своими мыслями, голубоглазая женщина уверенно кивнула, от чего из высокой прически выбилась седая прядка, и сухо произнесла:

– Через три дня состоится бал, на котором тебя представят свету. – Бывшая императрица поднялась и отошла к своему столу, за которым расположились шкафы во всю стену со старыми фолиантами и документами. – На нем ты должна будешь познакомиться с семьями императоров других стран, и я надеюсь, что ты произведешь должное впечатление.

– Я понимаю, к чему Вы клоните, – ответила брюнетка. – Можете не волноваться. Моя работа – нравиться окружающим, так что это я умею.

Хозяйка комнаты разочарованно вздохнула, отвернулась от своей внучки и села в кресло возле стола. Она сложила руки домиком, водрузив локти на столешницу, и опустила на ладони подбородок. Цепкий взгляд впился в черные глаза, разыскивая в них что-то важное.

– Кайли, ты не должна им нравиться, – строго отчеканил мудрый голос. – Ты должна вселить в их головы уверенность, что никто из них, даже с кем-то объединившись, не сможет захватить твою империю! Они обязаны тебя уважать, возможно, даже бояться. Такое впечатление тебе по силам, или ты можешь только «нравиться окружающим»? – тонкая бровь вопросительно изогнулась, в холодном взгляде проблеснула насмешка.

Брюнетка смело встретила и выдержала пронзающий насквозь взгляд льдисто-голубых глаз, после чего впервые за все время попробовала уже чуть теплый чай. Морая пристально следила за всеми действиями своей молодой родственницы и, к слову, была вполне довольна ее манерами. Правда, не долго… Кайли, конечно, не была конфликтным человеком, но на любые выпады легко отвечала. Странно, что за пять лет в прессе не обсуждались скандалы с ее участием. Ведь они были, вот только хорошо скрывались агентами девушки. Если имя певицы и всплывало в новостных статьях, то только когда речь шла о музыкальной карьере.