Спускаюсь на кухню, где сидит Дана как всегда в полной боевой готовности, сегодня на ней корсет пыльно — розового цвета, и кожаные штаны с завышенной талией, волосы собраны в элегантный пучок, а взгляд, словно ее величество снизошло до плебеев.

— Доброе утро! — бодро произношу я. Оно действительно доброе, так как Кай сегодня возвращается из очередной командировке, на этот раз он летал в Париж на три дня, а для меня это показалась вечностью, и я уже с самого утра в предвкушение встречи. И ни что, а тем более никто не испортить мне настроения.

— А, это ты? — небрежно бросает Дана, чуть поворачиваясь в мою сторону — Я думала Кенди….

Ничего не отвечаю на ее ядовитые выплески, а продолжаю заваривать себе кофе, смысла соревноваться в колкостях с этой стервой не вижу.

— Вот одного не понимаю… — не может угомониться — Почему у серых мышей чаще всего такое раздутое самомнение, не подскажешь?

— Не поняла? — смотрю на нее в упор, та лишь глупо улыбается и хлопает своими нарощеными ресницами. Вот в чем парадокс всей этой ситуации, так то, что Дану и обвинить ничем нельзя, так как открыто она не оскорбляет меня. Постоянно эти ее двусмысленные выражения. И вот как я должна реагировать на это?

— Не бери в голову, это я так, рассуждаю вслух… — о боги, ничего бессмысленнее не слышала — Кай сегодня возвращается? — продолжает она, а первое что чуть не вылетело из моего рта, я тщательно контролирую, так как тем самым подставлю себя.

— Не знаю… — как можно отрешеннее отвечаю, и, саживаясь, напротив, — передо мной он не отчитывается….

— Ах, точно! — актерски надувает свои гиалуроновые губы Дана — Вы же с ним не в очень хороших отношениях. Не поведаешь, почему?

— Тебе не кажется, что это не твое дело? — пожимаю плечами, аккуратно отпивая из кружки. Эта дрянь продолжает сверлить меня взглядом, и на секунду вв моей голове проскальзывает мысль, что она что- то знает.

– Правильно, не мое! — постукивает по столу своими когтями алого цвета — Хотя я понимаю Кая, ему не по статусу даже общество с такой как ты….

— Слушай, в чем твоя проблема? — с усмешкой спрашиваю, понимая, что ее куриные мозги вряд ли бы сгенерировали хоть какие- то выводы обо мне и Кае. — Тебя в детстве настолько не любили? Обязательно быть такой дрянью?

— Я вот о том же… — словно не слыша моих слов, продолжает девушка — Тебе пора в свое захолустья, или где ты там живешь…

– С превеликим удовольствием! — выдыхаю, и улыбаюсь во все тридцать два зуба. Дана с грохотом встает на ноги, и, стуча своими десятисантиметровыми шпильками, оставляет меня в одиночестве.

— Я дико соскучилась — вдыхая его божественный запах, говорю я, с силой притягивая к себе. Он вернулся, рядом, он со мной, даже немного не верю, и провожу ладонями по его лицу, словно проверяя, настоящий ли он Мне безумно нравится ощущать власти над огромным мужчиной, нравится обнимать его, сводить с ума. Рассматривать его дикое желание в горящих глазах, мне иногда кажется, что я получаю не меньше удовольствия, зная, что он принадлежит мне, его мысли, сердце тело. Кай поддается вперёд, придавливая меня своим телом — Устал?

— Да, но сейчас намного лучше стало — жадно целует меня, от чего все мои вопросы улетучиваются сами собой. Мне кажется иногда, что он полностью подчинил меня, но при любом взгляде, либо прикосновение, я становлюсь безвольной тряпкой, у которой вместо мозгов каша. — Моя Ева…

– Мi- произношу на испанском "мой", знаю, как Каю это нравится. Он часто просит мне, что нибудь рассказывать на испанском языке, а он просто сидит и слушает меня, иногда это перерастает в дикие поцелуи и секс. А иногда, особенно после тяжелого рабочего дня он засыпает, от чего на душе разливается приятная нежность.

Не могу не признать тот факт, что я испытываю к Каю чувства, рядам с ним меня словно разрывает на части, и могу точно сказать, сто означает термин «потерять голову». С ним так и произошло, я растворилась. Меня привлекало в мужчине все, его запах, грубый и похабный юмор. Этот взгляд из под бровей, небольшая родинка на правой щеке, страстные поцелуи и хамоватый характер. То, что при первой встречи дико бесила, поменяла краски, и я разглядела в этом всем, что — то родное, свое, чего так не хватало. Что это? Любовь? Не могу сказать, но то, что я тянулась к Каю, то, что с ним мне легко и безопасно, это факт, эта та истина, которая не имела второго значения.

То, что придает сил, и заставляет ощущать себя на самом важном месте. Это чувство, кок ночью тебя бессознательно ищут в постели, а после, обнаружив, притягивают к себе, целуя в макушку. Вот высшее доказательство твоей важности и нужности. Важно найти именно свое, и никогда не отпускать.

Оперившись на кухонную стойку, Кай наблюдает за мной, а я чувствуя его взгляд, загораюсь как спичка, но держу себя в руках, понимая, что на кухню в любой момент может зайти кто угодно.

— Сделать сэндвич? — улыбаясь, поворачиваюсь к мужчине.