– И что, они вот так вот вместо разговора танцуют?
– Удивился Трутнёв.

– Когда-то давно он принял человеческую форму, чтобы общаться и изучать нас, и теперь уже привык. Но его настоящая форма другая.

– Вот это да! Я бы никогда и не подумал!
– Восхитился Трутнёв.

Глеб мотнул головой, отгоняя мысли, и прервал разговор:

– Дервиш, у нас не будет времени на подготовку. Нужно быстро действовать.

– Не переживай, Глеб!
– Голос Дервиша был спокойным и ровным.
– Они не знают что у нас есть вимана. Когда мы начнём перевозить тех, кто не сможет идти, мы будем прятаться под водой, Отец Моря скроет нас от приборов Баланги.

– А спутники Баланги не заметят вас?
– Громко спросил Глеб, закручивая в шар очередную кучу обломков и мусора.

– В случае опасности мы взлетим вертикально вверх.Спутники Баланги ищут внизу, на земле, они не видят то, что возле них. Если даже случайно рядом окажется спутник, о котором мы не знаем, он не увидит нас, а я смогу его обнаружить.

По тёмным коридорам лабиринтов подземелья, огибая стены и арки, унося в себе обломки давно прошедших времён, стремительно неслись тёмные шары.

Глеб успел побывать во многих залах, некоторые из них были пустыми, в некоторых стояли какие-то приспособления и механизмы. Дервиш заставил работать несколько приборов, и теперь в подземелье становилось светло - потолки в залах начали светиться, и их свет постепенно усиливался.

– Мне кажется, места теперь достаточно!
– Услышал Глеб голос Дервиша.
– Идите все сюда.

Искатели внутренним взором отыскали в переплетении лабиринтов Дервиша и направились к нему. Глеб нашёл Вику и обратился к ней:

– Ты как, в порядке?

– Конечно, Глеб! Что может случиться?

Глеб молча сжал губы, чувствуя биение своего сердца. Дервиш ждал их посреди одного из залов:

– Времени у нас немного. Теперь давайте о том, кто и что будет делать.

… Глеб и Слава бежали без остановок. Глеб старался на пределе: стремясь избавиться от изматывающих душу мыслей, он летел как молния, и Слава едва поспевал за ним! Глеб не мог думать ни о чём, кроме того, что ждёт Вику, его Викулю. Стремление защитить её бессильно билось о неприступную скалу, имя которой было - неизбежность! Он одним прыжком перемахнул прохладный, затененный ветвями деревьев ручей, не замечая вокруг себя красоты увядающей природы.

– Будь она проклята, эта неизбежность!
– Мысль вновь беспощадно сверлила мозг.
– Зачем?! Зачем?!

Трутнёв бежал рядом, внимательно глядя вокруг, и ещё успевая бросать взгляд в небо: сегодня оно было безоблачным, солнце по-прежнему было ослепительно, но уже не грело. Его голос отвлёк Глеба от мрачных мыслей:

– Глеб! Мы в зоне!

Глеб словно вынырнул на поверхность. Бросив быстрый взгляд на руки, он вспоминал, как Дервиш учил становиться невидимым. По запястьям и пальцам поползли стеклянные пятна, через которые, как сквозь дыры, можно было увидеть траву под ногами. Пятна сливались, переползали на одежду, и скоро по равнине сквозь желтеющие перелески бежали две едва заметные, почти прозрачные фигуры. Глеб с облегчением расправил плечи, камуфляж отвлёк его. Он ощутил дыхание свежего ветра, пряный от аромата увядающих цветов воздух, увидел бурлящий вокруг него мир, исполненный жизненных сил! Ноги утопали в мягком бархате всё ещё зеленеющей травы, ветер качал деревья, усыпанные цветами, роняющими лепестки. Справа от себя Глеб заметил замшелые каменные глыбы, обвитые пожелтевшими вьюнами с красными листьями, и густой кустарник между ними с висящими на нём желтеющими лианами. Впереди, на севере, глаз различал сплетение горных кряжей.

– Ала-ата!
– Обратился Глеб к бегущему позади Трутнёву.

– Да, вижу!
– Ответил Слава.
– Пик должен быть на северо-восток от нас. Прими влево.

Глеб уже привык к тому, что его тело больше не чувствует усталости. Мышцы, конечности, сухожилия работали сами по себе, не посылая ему никаких сигналов, словно он находился не в собственном теле, а внутри робота. Необходимость дышать тоже давно ушла, легко и незаметно. Размышляя над этим, Глеб был рад, что его мысли переключились на другую тему, и тревога ненадолго покинула его, дав передышку. Он ощутил присутствие Дервиша, и увидел разговаривающих на берегу Баули и Туа-лата. Позади них плескался прибой и раскачивались растущие на берегу пальмы. Ещё чуть дальше всё ещё стояли корабли торговцев из Баланги. Глеб понял, что видит всё глазами Дервиша.

Баули смотрел на Туа-лата и серьёзно говорил ему, глядя в его глаза:

– Твой сын был один, но олунха много! Удастся ли нашим людям повторить то, что удалось ему? Смерть может омрачить наш праздник. Не придётся ли нашим женщинам оплакивать чью-то смерть?

– Отец Моря защитит наш народ! Нам остаётся лишь просить и надеяться.
– Уверенно отвечал Туа-лата.

– Мы сами тоже должны сделать всё, что в наших силах!
– Поднял руки Баули.

– Создатели привели к нам тех, кто принёс нам Свет Жизни!
– Возразил Туа-лата.
– Их глазами на нас смотрят наши Предки, их дыханием с нами говорят наши Отцы!

– Но достаточно ли мы сами приложили сил?
– С сомнением смотрел на него Баули.

– Эти люди пришли к нам с Великим Посланием, моё сердце наполнено верой!
– Улыбнулся Туа-лата, коснувшись его плеч.

Глеб покачал головой от услышанного.

– Ты слышал?
– Раздался голос Трутнёва.
– Ещё немного, и мы станем богами!

– Боги - не боги, а ответственность на нас не меньше, Славик.

– Согласен!
– Ответил Трутнёв.
– Лёгкость в голове…

– Необыкновенная!
– Глеб прибавил скорости, и теперь трава за ними взвивалась, как за несущимся смерчем.