– Я, пожалуй, выпью. Нервы…

Привычным движением торговец отмерял на два пальца алкоголь и выпил. Закусывать ничем не стал, просто втянул в себя сырой воздух.

– Неплохо вы устроились. С шиком, – заметил Раскин, окинув глазом обстановку.

– Даже лисы обустраивают норы. А жить, как остальное быдло, мне не нравится. Я не пёс. Обычно я не приглашаю сюда клиентов. Для тебя сделал одолжение. Помни это!

– Спорить не стану! Тогда сразу к больному вопросу перейдём. Итак, – приступил к разговору Раскин, решивший с ходу раскрыть все карты. – Фанат спутал мне игру, и я намерен вмешаться в дело. Ситуация вышла из-под контроля. Признаться, я обескуражен, что курьер явился к вам. Я считал подлеца мёртвым! Но бенефис покойника нарушил мои наполеоновские планы. Мне пришлось спешно вылететь в Зону на военном вертолёте, отвалить десять тысяч зелёных за не самый комфортный полёт, вместо того чтобы любоваться красотками на пляже Эгейского моря. Жаль, что наш общий друг не подох в канаве. Однако у него хватило выдержки явиться сюда, растрепать аборигенам о каких-то миллионах и до кучи привлечь лишнее внимание. И хуже всего, что об этом узнали мои враги-конкуренты. У меня возникли проблемы. Одна из них – это некий Вал! Как понял, этот мистер решил отнять у меня моё дело!

Услышанное Валу не особо понравилось. Оказывается, новость о гибели Фаната распространилась далеко за пределами бара, если даже забугорный хмырь прознал об этом.

– Я скажу, зачем придурок пришёл ко мне, – вмешался Вал в разговор. – Сукин сын когда-то работал на меня, доверял мне свои кровные. Между нами действовал Договор! Видимо, он решил тебя послать в пешее эротическое путешествие и вспомнить старого друга на пороге смерти.

Раскин кивнул.

– Я в курсе. При желании я мог бы не вмешиваться в эту историю. Конечно, 30 лимонов – внушительная сумма, но они мне ни к чему. Я богатый гражданин.

– Не настолько. Ты здесь из-за денег, «серенький». Как и твоя свора никчёмных воинов.

– Ошибаетесь. Но не будем вдаваться в дискуссии. Оставь я всё как есть, вы бы провалились. По одной причине. Вам никто не заплатит столько денег за кусок камня!

– С чего ты взял?

– Причина этого – я. Даже в случае успеха вам никогда не договориться с работодателем. Он мой партнёр по бизнесу и близкий приятель. Позволю ли я вести за спиной переговоры мимо кассы и втоптать в грязь репутацию человеку, отказавшему мне в помощи? Ха! Я злопамятен и опасен.

– Ну, я не такой уж глупец, как ты считаешь. Со временем я бы смог…

Раскин грубо перебил собеседника:

– Нету времени у нас! Если и стоит шевелиться, то прямо сейчас. Иначе не видать вам денег! Поэтому я здесь! Вы возьмётесь за дело Фаната и доведёте до конца!

– Ты заявился в мой бар и ещё условия диктуешь? – раздражённый Вал поразился самоуверенности нахала.

– А что? По местным слухам, Вал способен решать любые проблемы.

Старик вытер стакан полотенцем. У него резко вспотела спина. Ему будто предложили съесть конфету в красивой обёртке, начиненной вместо шоколадной начинки дерьмом.

– Какой твой интерес? Хочешь за спасибо получить процент?

– Мистер Вал, вы меня разочаровываете. Повторюсь, с этой кампании я не возьму ни цента. Скажем, у меня интересы в другой плоскости лежат, – загадочный Карл провёл по волосам рукой.

– Может, хватит задачки тупые задавать? Говори, что ты конкретно хочешь или убирайся прочь!

Лицо Раскина посветлело, словно неделю ждал подобный ответ. Он побарабанил пальцами по кейсу.

– Все просто. Со мной прибыл человек. Учёный-химик. Работал в Красном лесу на меня. Талантливый малый. Романтик. Зона любит таких. Так вот, он войдёт в будущую экспедицию. Ему нужно помочь добраться до определённого э-э-э… пункта назначения. Одному пацану дойти нереально и непродуктивно. Он погибнет, как сдохнул до него Фанат. Терять ценный кадр я не хочу, ибо потрачены на него тысячи долларов. Я умею считать деньги. Указанная точка находится аккурат неподалёку от места, где встречается артефакт. Так что две цели, два зайца одним ударом – всё это по силам и действительно стоит озвученных Фанатом суммы.

– Прям, как в пословице, о зайцах и неудачниках, – заметил Вал.

– Нет. Я верю в успех предприятия, верю настолько, что готов пожертвовать жизнью и состоянием. Мне наплевать на трудности. Смерть? Начхать! Я одержим маленькой идейкой, что зудит у меня в голове. Иногда я ощущаю себя психом, сбежавшим от санитаров. Вы меня понимаете, мистер Вал? Мой человек и информация против организации экспедиции с вашей стороны. И ударим по рукам. Иначе ничего не выйдет. Если химик погибнет, денег не получите. Не найдёте артефакт – на балансе ноль. Экспедиция загнётся – проиграют все.

– Думаешь, я поверю в эту чушь?

– Мистер Вал, я не хочу думать, что напрасно трачу время. Меня интересуют технологии. Запомните это! И только. Я инвестирую в науку, и получаю на этом колоссальную прибыль. Вы сидите на месте и дальше носа не видите, что вокруг вас происходит. Оглянитесь, мистер, Зона – это Эльдорадо и миллиарды. Возможности её уходят далеко за пределы человеческого разума. Впрочем, меня понесло.

– Артефакты, технологии. Дерьмо! Кто ещё в деле? «Анархисты»? Я видел маскарад пару минут назад.

Раскин кивком согласился.

– Я им заплатил. Это представление для любопытных глаз. Люди на броневиках обеспечат прикрытие и поддержку, если вдруг что-то сорвётся. Это вроде дымовой завесы от настоящей цели. Кроме того, их человек поможет нам.

– Сколько всего интересного? Я подумаю. Ты много рассказал.

– Дам вам минуту?

– Что?

– Знаешь, иди-ка ты на хрен!

Рассерженный торговец вскочил и указал пальцем на выход. Но гость не спасовал перед грубостью. Он ударил кулаком по кейсу, несильно, но вполне ощутимо, чтобы тот подпрыгнул от столешницы.