Я схватил её вещи, что лежали у перил и помчался вниз, моля всевышнего пощадить мою жену. Это был первый раз, когда я осознанно молился. Пока я бежал, где-то сзади раздавались звуки скрипящих тормозов, и в какой-то момент мне показалось, что я услышал последний вздох моей жены. В ту же секунду я подумал, что это вздор и продолжил своё стремительное движение в сторону работников железной дороги.

Всё остальное стало для меня кошмаром: изуродованное тормозами электрички тело; допрос полицейских; попытки понять почему она решилась спрыгнуть… Её вещи обыскали и нашли предсмертную записку, в которой она просила прощения у меня и нашей дочери. Ещё она очень красочно описала всё, через что ей пришлось пройти на работе и что именно её заставляли делать. В конце письма, она написала, что беременна от своего начальника, который шантажировал её и использовал в качестве “рабочей разрядки”.

В одно мгновение весь мой мир рухнул.

Уже поздно вечером, направляясь в сторону дома, будучи опустошённым из-за всего произошедшего, я пытался понять, как мне рассказать нашей дочери о том, что мама больше не придёт домой. Одно мне было ясно: не стоит ей рассказывать о том, что её мать превратилась в офисную-куртизанку, обслуживающую все высокие чины компании. Это объясняло, почему она избегала моих прикосновений и подолгу проводила в ванной после работы.

Во мне закипал гнев! Я не мог ничего сделать для любимой женщины, не смог её защитить, не смог дать ей то, что она заслуживала. Переступив порог квартиры я был готов отдаться слепой ярости, но обеспокоенное лицо дочери не дало мне шанса на злость. Я подошёл к моей маленькой принцессе и, прижав её к себе, заплакал. Теперь только дочь была для меня тем светом в жизни, что заставлял идти вперёд и не сдаваться.

Буквально через несколько дней, я узнал, что человек, который был виновен в доведении моей жены до самоубийства, откупился от наказания. Во мне снова закипела ярость, и снова моя дочь стала причиной не бросаться на путь мщения.

Прошло пять лет. Я усердно трудился на благо нашей скромной семьи. Моя маленькая принцесса подросла и не переставала радовать меня своими успехами в учёбе. Я гордился дочерью и опекал её как только мог, из-за чего она достаточно часто жаловалась мне, что я не даю ей дышать свободно. Выслушивая её упрёки, я не раз говорил ей, что просто боюсь за её благополучие и не хочу, чтобы с ней случилась какая-нибудь беда. Но как бы сильно я не старался уберечь мою маленькую принцессу, ничего у меня не вышло.

В день шестилетней годовщины смерти моей жены, я сидел на кухне с рюмкой водки и был погружён в свои мысли, когда телефон вдруг зазвонил и я, ответив на звонок, услышал механический голос незнакомца:

– Ваша дочь, у нас. Принесите двадцать тысяч долларов к завтрашнему вечеру на заброшенную стройку в северной части города и она не пострадает. Но не смейте сообщать об этом в полицию, иначе вы получите вашу драгоценную девочку по-кускам.

– Как я могу знать, что вы не лжёте? – голос невольно дрогнул. Незнакомец не мог этого не заметить, он что-то кому-то сказал, что именно я не разобрал, но очень скоро я услышал испуганный голос дочери:

– Папа? Папочка, помоги мне… Я шла с тренировки и меня схватили и затащили в какую-то машину, а потом… – её речь прерывалась на всхлипы и моё сердце упало. Я был готов сорваться с места и помчаться куда угодно, отдать что угодно, лишь бы моя принцесса была жива и невредима.

– Надеюсь, мы поняли друг друга, – снова раздался этот трескучий голос и незнакомец повесил трубку, не дав мне сказать и слова.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы усмирить свой гнев и не разгромить квартиру. Двадцать тысяч долларов! Двадцать тысяч… У меня не было таких денег. Даже если я начну сейчас ходить по друзьям и знакомым, в лучшем случае смогу собрать только пять тысяч, но даже в этом я был не уверен. Рука так и тянулась набрать номер полиции, но страх потерять дочь был намного сильнее здравого смысла.

Когда пришёл срок отдавать деньги, я стоял у огороженного входа на заброшенной стройке в северной части города. В руках у меня был небольшой кулёк с очень скромным выкупом – мне удалось собрать по друзьям и знакомым всего лишь каких-то три тысячи. Ближе к полуночи ко мне подошёл мужчина, скрывающий своё лицо под детской, карнавальной маской свиньи. Дрожащими руками я протянул незнакомцу пакет, тщетно надеясь, что собранной суммы будет достаточно. Он развернул кулёк и хрипло произнёс:

– Этого не достаточно, чтобы она вернулась к вам целой, но может быть вы ещё застанете её живой. Вот адрес, – и мужчина протянул мне бумажку с какими-то каракулями.

Желания врезать негодяю и помчаться на спасение дочери не долго боролись во мне. Отцовские чувства оказались сильнее ненависти к похитителям, поэтому я быстро выхватил бумажку из рук подлеца и отправился к машине.

Не сразу я понял, что каракули на бумажке это навигационные цифры, с точным местом на карте. Набирая дрожащими руками цифры, я несколько раз ошибался, пока, наконец, не ввёл всё правильно. Мне понадобилось около получаса, чтобы добраться до места, где находилась моя дочь – это был старый, покосившийся сарай на окраине города.

Конец ознакомительного фрагмента.