— Погоди-ка. — Монетчику показалось, что он ослышался. — Ты заплатил за поддельную лицензию мага?

— А за какую? Настоящую? Конечно, за поддельную. Отдал только половину цены, задатком. Но лучше иметь такую бумагу, чем никакой! Я нашел тут профессионала в подобных делах, он обещал к полудню принести сюда готовую лицензию, вот его я и жду, ерзая на стуле как перед экзаменом на дебютную иллюзию.

— Вечно тебя тянет к тем, кто не блюдет закон, что в Балтроне, что здесь.

— Если связь с преступным миром спасет мне жизнь, я предпочту держаться за нее. Правда, когда я расплачусь за лицензию полностью, от моей балтронской доли ничегошеньки не останется. Хорошо, что у меня есть такой добрый партнер как ты!

— Боюсь, тебя не порадует, что я сейчас скажу.

Дарлан кратко описал свои приключения с зубатками и вукулой. Сначала Таннет слушал воодушевленно, определил, что тварей, которых монетчик изрубил в лесу, называют — маргонафы, и что гигантская особь, устроившая засаду в луже, была их королевой. Когда Дарлан дошел до своего разговора с кузнецом на поляне, юный маг помрачнел, а когда монетчик спокойно закончил историю тем, что вручил золото оборотню, иллюзионист хлопнул себя по лбу.

— Достался же мне напарник, — с неподдельной болью простонал Таннет. — Мало того, что отпустил чудовище, так еще и оставил нас без штанов.

— А что бы сделал ты? — Дарлан подался вперед. — Убил бы его?

— Наверное, нет. Но вдруг он обманул тебя? Хотя, похоже, что нет, все-таки голодный вукула не церемонился бы с тобой. Но деньги, Дарлан! Как ты мог?

— Во-первых, это моя доля, которой я распоряжаюсь, как пожелаю. Во-вторых, как я мог предугадать, что ты внезапно потратишь свою на покупку поддельного документа?

— Тут ты, к сожалению, прав. Проклятье, заказ у Орвальда, вероятно, был самым дорогим на долгие месяцы, если не годы. Посуди сам, у простого народа столько золота нет, когда нас наймет какой-нибудь барон, тоже неясно. А мы взяли да спустили все состояние за несколько дней!

— Напомню, что в Балтроне тебе полученная сумма показалось малой. И это нормально, Таннет, деньги созданы, чтобы их тратить, тем более, не ты ли сам предложил жить, колеся по дорогам? Ты же, надеюсь, не собирался копить состояние? Возя за собой сундуки с золотом, тяжеловато убивать чудовищ, — сказал монетчик, отхлебывая прохладное молоко.

— Твоя философия касательно денег мне не нравится. Их можно было хранить и в банке, все-таки однажды осесть нам где-нибудь да придется. Не представляю себя дедом, который прикрывает иллюзиями сморщенного старостью мастера Монетного двора во время охоты на рой скорпокрылов. — Таннет издал неприличный звук ртом.

— Ну этого уж точно не случится, можешь не волноваться.

— Это еще почему?

— Приоткрою тебе одну тайну. Члены моего ордена обычно не доживают до пятидесяти лет.

— Как это?!

— Наши тела не выдерживают способностей, которыми мы обладаем. — Дарлан мысленно отругал себя. Он чуть не выдал Таннету, что его кровь полна чистого эфира, медленно разрушающего его организм изнутри.

— Печально, — произнес иллюзионист. — Истории и баллады о вас почему-то умалчивают, что ваш век ограничен.

— Зачем людям ведать об этом? В древности мои братья и сестры чаще всего заканчивали жизнь в битвах, редко кто успевал разменять даже четвертый десяток, Монетный двор сам не знал, что отмеряно нам немногое.

— И сколько тебе сейчас?

— Прошлой зимой исполнилось тридцать.

— Тогда впереди у нас двадцать лет! Слава, обожание красавиц, все достанется нам, — неуклюже попытался поддержать монетчика Таннет. Но Дарлан не нуждался в поддержке, он давно свыкся с судьбой, которая была ему уготована.

За спиной у монетчика грохнула дверь. Облегченно выдохнув, Таннет вылетел из-за стола. Чтобы не привлекать в сделке других посетителей, Дарлан не стал оборачиваться. Вернувшийся иллюзионист держал в руке свиток, которому придали потрепанный временем вид. Действительно, профессионально сделанная работа со вниманием к деталям. Таннет развернул свиток, бегло пробежался глазами, довольно хмыкнул и, свернув обратно, положил спасительный документ себе на колени.

— Печать как настоящая, понятия не имею, где они ее берут, — сказал он и с грустью добавил. — Это стоит своих денег.

— Теперь ты спокоен? — спросил Дарлан.

— Теперь да, никакой инквизитор не подкопается.

— Вот и славно, а деньги у нас будут.

— Ты думаешь надо предложить королю наши услуги?

— Почему королю? А чудовище из твоего объявления?

— Боги, Дарлан! — воскликнул Таннет. — Да нет же никакого заказа, это я написал, чтобы ты наверняка заглянул в Годстрон. Вдруг бы решил не заезжать в столицу, а я бы прозябал тут как на иголках.

— Тогда не стоит тут засиживаться, — предложил монетчик. — Как только ворота откроют, мы сразу уйдем.