Он серьезно? Так похоже, что среди нас есть кто-то, кто будет заниматься такой…

— Алабайя Шесто-ой! — задорно прокричали сбоку от меня. Джесси… за что ты так с моей психикой? Судя по ошарашенному взгляду Мирабель, она была солидарна со мной. — Ха-ха! Видели бы вы свои лица, — шепотом закончила девушка. Фух! Я уж подумал…

— Ве-ерно! Итак, ваше испытание… барабанная дробь… — откуда-то и правда зазвучала барабанная дробь, нагнетая театральную паузу. — Песни!

— Ч-чего? — какие еще песни? Мне что, петь придется? Т-только не это…

— У каждого из вас одна попытка! Песню выбираете сами, — как ни в чем не бывало, продолжил… Алабайя. — Если хотя бы одно выступление мне понравиться — вы прошли! Ты первый, хмурый паренек! — ткнул в меня пальцем этот фрик, и в очередной раз оглушил нас звуковой волной его крика.

Посчитав свой долг исполненным, мужик в пуховике опустился в пляжное кресло, сгустившееся из воздуха. В его руках возник бокал с какой-то жидкостью, вырвиглазно синего цвета. Он всем своим видом демонстрировал, что готов получать удовольствие от концерта.

Я хотел было возмутиться, но все-таки промолчал. А то вдруг этот тип обидится и будет предвзято оценивать нас. Или вообще поменяет испытание на какое-нибудь сражение, а у нас на троих маны чуть больше нуля. Но… черт! Песни? Я не умею петь! Эх, вся надежда на девчонок… У Джесси так точно голос очень красивый. Правда… петь она всегда отказывалась…

— Эй-эй! Не тяни! — раздался очередной оглушительный крик нашего «экзаменатора». Причем, похоже, микрофон у него был чисто для антуража, ибо сейчас его голос и без него заставлял звенеть мои барабанные перепонки. — Публика ждет! — и словно в подтверждение его слов, из ниоткуда донесся шум толпы.

Эх, ладно. Я мало песен знаю наизусть, так что и выбор у меня невелик. Может эту? Но там вокал нужен сильный… Хотя по сравнению с моим, любой вокал — сильный. А ведь еще и «а капеллой» (без музыки) петь придется… Арг-х! Все, хватит! Я так никогда не начну.

Только я принял решение, как из пустоты окружающего пространства заиграла музыка. Причем, именно под ту песню, что я решил петь. Ого, какой сервис! Ну, значит, «а капелла» — отменяется, хоть что-то хорошее. Так, а где там начинать петь? Здесь?

Заст… кхм.

Не-не, чуть позже. Вот тут!

Застыв на ветру

У синего льда,

Я скоро умру —

Уйду навсегда-А-а-абхгл.

Мой дребезжащий голос не выдержал повышенной и протяжной ноты, превратившись в какое-то невнятное хрипение.

Я верил тебе,

А сейчас я верю судьбе.

Свет погас, ведь солнце зашло

Для меня навсегда-а…а-а…а…

Навсегда… блин… а-А-а-А-а

Ы-ы-ы… Как же дыхания не хватает… А вместо мелодичности в голосе, получается звук заглохшей бензопилы.

Я сам погубил —

Уже не вернуть.

Тебя не хранил,

И проклят мой пу-у-у… «БАХ»… Ауч!

(«Всадник из льда», группа Эпидемия)

— Невыносимо! Ноль! Ноль баллов! Все мимо! — экспрессивно орал мужик с дредами, пока я пытался остановить носовое кровотечение, вызванное прилетевшим мне в лицо микрофоном. Пф! Да что он понимает! Я можно сказать душу вложил, а он «ноль баллов». Критиковать все могут, сам бы спел для начала. Мой мысленный спич прервал сам источник моих возмущений. — Дальше — хвостатая! Давай-давай! — он замахал руками, подгоняя Мирабель.

Девушка стояла как пыльным мешком ударенная. Она явно не понимала, почему вообще находится в такой ситуации. Впрочем, приняла реальность она куда быстрее меня. Заиграла спокойная музыка, показывая, что песня выбрана.

О… … …а… …и… ….и…

… а… …е…. … …и…

… у…. … …и. …. о…

И … о… …е… …и… … ….

Тихо. Как же это было тихо. Я не мог разобрать ни единого слова, хотя, что неожиданно, Мира действительно старалась петь. Возможно, это даже было красиво, но… тихо.

— А-А-А-А! Хвати-ит! — звуковая волна, исходящая от Алабайи, была настолько мощной, что повалила на землю и меня, и моих спутниц. Этот звук вкручивался прямо в мозг, игнорируя плотно прижатые к ушам ладони. — Слишком ТИ-И-И-ХО-О!!! — еще более мощный крик обрушился на нас. — Ноль баллов! Вы же вообще не стараетесь!

— Мы что должны быть профессиональными певцами? — возмутился я… наверное. Своих слов я не слышал, звон в ушах забивал все.

— Вы должны стараться! Стараться! Слышишь?! — кха! Да уж, как раз тебя-то я точно слышу. — Все! Последний шанс! Рыжая девчонка — твой выход!