Мальчик оказался полностью парализован. Единственное, что он сейчас мог делать, все, на что хватало его изможденного в тот момент ума, – это встать и кричать. Безудержно. Нечеловеческий крик и беспомощное нелепое размахивание руками посреди кромешного ада. Прерывисто крутя головой из стороны в сторону и усердно пытаясь зацепиться хоть за какой-то обрывок мысли, он, наконец, заметил, что наискосок по улице на него движется маршрутный мини-автобус. Не в силах пошевелиться он стоял как вкопанный, глядя как неуправляемая машина, разгоняясь приближается к нему.

– Ну ну ну! Давай же! – бормотал полушепотом молодой ученый, глядя в монитор. Зеленая полоска, иллюстрирующая объем копируемых данных, ползла чертовски медленно.

Шестьдесят три процента.

«Организация не спасёт твою семью, если ты все провалишь. Будь они все прокляты!» – мысленно тиранил себя мужчина стиснув зубы и провел ладонью по вспотевшему лицу.

Восемьдесят два процента.

Это был чуть полноватый азиат тридцати двух лет. Осторожный и даже чуть пугливый взгляд контрастировал с почти постоянной легкой приветливой улыбкой, которой он по обыкновению встречал окружающих. Черные волосы были всегда аккуратно причесаны, галстук – строго подтянут к самому горлу. На его бейдже, прикрепленном к карману белого халата, располагалась крупная надпись: «Нил Нарайянан. Первый ассистент» Скромная формулировка его должности подразумевала, однако, полное отсутствие личного времени и, фактически, жизнь исключительно внутри здания Научно-Исследовательского Центра. Первый ассистент был одновременно основным помощником при выполнении самых сложных операций и опытов, а также секретарем, обязанным знать распорядок работы всех коллег-руководителей во всех лабораториях Центра изо дня в день. Единственным, кто вызывал внутри Нила Нарайянана благоговейный страх внутри здания, был ученый, руководящий всем центром, которого за глаза звали просто «Главный».

Девяносто восемь процентов. Именно в этот момент компьютер предательски вывел на монитор вращающиеся песочные часы.

Услышав звук быстро приближающихся к двери шагов, молодой ученый поспешно выдернул портативный носитель из компьютера, поместил его в мини-карман брюк, запахнул халат и инстинктивно выпрямился, натянутый как струна, за долю секунды перед тем, как в комнату ступила нога Главного.

Это был высокий худощавый мужчина, около семидесяти лет, с удивительно прямой для преклонного возраста осанкой. Подбородок чуть вскинут, мощные скулы смотрели в стороны, а уголки губ направлены вниз, дополняя образ не терпящего возражений диктатора. Его лицо было похоже на чертеж, где не было ни одной неуверенной линии. Он остановился в дверях, держа руки за спиной и какое-то время молча разглядывал комнату, сосредоточенно нахмурив брови, словно сканируя пространство. В крайне редких случаях Нил решался заговорить со своим руководителем первым, и текущий момент не был исключением, – тишину разбавлял лишь мерный гул машин и оборудования.

Главный сделал глубокий вдох.

– Вам уже известно, что процесс перешел во вторую стадию, мистер Нарайянан? – холодно спросил ученый, все еще глядя сквозь пространство просторной лаборатории. Казалось, он разговаривает с кем-то невидимым, находящимся в глубине комнаты, и совершенно не замечает присутствия своего первого ассистента.

– Разумеется, доктор Шипер! – стараясь не выдать волнения ответил ассистент. Он лихорадочно пытался сообразить, какую часть этой лаборатории можно увидеть, когда привычно открываешь дверь.

Шипер неожиданно повернул голову к ассистенту, сверля его холодным взглядом сквозь круглые очки, издалека напоминавшие нечеловеческие глаза.

– Надеюсь, вам хватит терпения и мужества продолжать работу по утвержденному плану?

– Я всецело предан нашему делу, – непринужденно улыбнулся азиат.

– Прекрасно. Прекрасно. Как себя чувствует новая модель? – он сделал несколько шагов вперед, к самому центру лаборатории, где располагался большой стол, из которого, словно механические змеи, тянулись вверх трубчатые с гнущимися изломами-суставами подставки, на которых, в свою очередь, крепились многочисленные плоские мониторы, смотревшие прямо в центр стола, словно головы сосредоточенно оперирующих молчаливых хирургов. Несколько толстых черных шлангов, спущенных откуда-то из-под высокого сводчатого потолка лаборатории, чуть касались пола и впивались в столешницу снизу, сливаясь с целым облаком проводов поменьше. Ножки стола напоминали лапы механического животного, – узкие у самой столешницы, к полу они расширялись и, прерываясь крупными шарнирами для регулировки высоты, заканчивались приземистыми цилиндрическими тумбами, намертво соединенными с полом. Все это сложное и завораживающее устройство напоминало живое существо из металла и пластика. На столе, прикрытый большим белым покрывалом, располагался громоздкий предмет около двух метров в длину, некоторыми выпуклостями под покрывалом напоминавший человека. Шипер наклонился к столу.

– Как и ожидалось к сегодняшнему дню, дыхание стабилизируется, адаптация клеток со сплавами проходит с прежней скоростью, основные функции организма…

– Так не пойдет, мистер Нарайянан, – мягко, но настойчиво перебил Главный, пристально разглядывая коллаж лица их общего подопечного.

– ..в норме. Простите?! – помощник, увлеченный докладом, боязливо и сосредоточенно взглянул на стоявшего к нему спиной Главного.

– Уберите этот довоенный пережиток и приделайте-ка ему линзу получше, он должен хорошо видеть, – с этими словами Шипер оторвал что-то от человекоподобного существа на столе и бросил бесхозный предмет в сторону.

– Видеть как можно дальше. Всегда! На этот раз никаких ошибок быть не должно. Вы поняли? – рявкнул он, резко повернувшись к коллеге.

– Конечно. Сделаем! – энергично закивал головой помощник и поспешно вытер со лба обильно сочившийся пот.

Главный пристально вгляделся в лицо, только на одну половину оставшееся человеческим, и улыбнулся.

– Даже не вздумай умереть. Ты будешь жить, слышишь меня?! Они будут тобой восхищаться. Ты всех их переживешь, таково твое предназначение! – закончил он чуть дрожащим голосом.

– Восхищаться, вы понимаете меня, мистер Нарайянан? – вдруг громко выкрикнул ученый, не поворачиваясь к коллеге. – Вы знаете, что это за чувство?

– Д.. да, доктор Шипер, – выдавил тот из себя, удивленно глядя в спину руководителя.

– Прекрасно. Прекрасно! – удовлетворенно прошипел Шипер. Он гордо выпрямился, развернувшись к помощнику. На несколько секунд вперил свой холодный взгляд в глаза Нила Нарайянана и направился к выходу из лаборатории.

И в этот момент что-то мягкое резко оттолкнуло мальчика в сторону, с неожиданной силой и скоростью ударив в спину. Он сделал пару шагов вперед и упал на колени, уперевшись руками в землю. Городское маршрутное такси с диким грохотом стремительно промчалось у него за спиной.