– Да что слова говорить то! – опять мужчина затараторил, отмахиваясь от назойливой гостье.

– Погоди руками то махать! – послышался уже знакомый голос женщины, она, очевидно, отошла от окна и оказалась за входной дверью. В следующий момент дверь отворилась и женщина уже стояла на пороге. Она была одета в такое же тряпьё, что и мужчина.

Эльвира приветствовала женщину, ещё раз представившись, на тот случай, если женщина пропустила «официальную часть» её прибытия.

– Ну чего стоишь, – женщина обратилась к мужчине, который, наконец, оторвал взгляд от Эльвиры и посмотрел на неё – иди уже куда шёл! Работа сама себя не сделает.

В ответ мужчина что-то проворчал, бросил ещё один, подозрительный, взгляд на гостью и удалился.

– Меня звать Зара. Я жена нашего старосты поселкового. – заявила женщина. Эльвира молча бросила взгляд в направление, в котором удалился мужчина – Да, да, именно он, наш староста. Не смотри, что он такой нелепый у меня, дело своё знает, а я ему помогаю – чем могу.

Эльвира приложила все усилия, чтобы выдавить снисходительную улыбку.

– Так, ты стало быть прямиком из Замка, да?

– Да, я прибыла минувшим утром и провела в Замке всего одну ночь. – ответила Эльвира – Хозяин Замка, Феодор, разве не он староста?

Зара усмехнулась в ответ.

– Феодор хозяин своего Замка, Замковых земель и слуг, которые при нём ещё остались. Здесь он больше не староста! – словно отрезала, заявила женщина.

– Но он сказал, что у вас возникли какие-то проблемы и с тех пор как Корнелиус ушел…

– Корнелиус – мужик умный. – Зара перебила Эльвиру, не позволив ей закончить мысль – Он бежал из Замка, когда понял что к чему.

– Что к чему? – удивилась Эльвира, пытаясь не выдавать всё возраставшее в ней негодование, ей была не по душе манера общения женщины.

– То-то и оно! – усмехнулась Зара, хитро прищурившись – Ты не из этих мест. Это сразу видно. И ты не из Замка. Откуда пришла сюда?

Эльвире хотелось напрямую ответить женщине, но ей ещё удавалось сдерживать себя и находить практически иссякший источник терпения для беседы с местными.

– Я, честно говоря, – начала Эльвира – была направлена сюда верховным Конвентом, понимаете? Как это было сделано и при каких обстоятельствах – это уже другой вопрос, не имеющий отношения к делу. Те, кто меня назначил, говорили, что вы, как в посёлке, так и в Замке, столкнулись с проблемой…

– Точнее не скажешь. – на этот раз Зара откровенно рассмеялась женщине в лицо – Проблема то она есть. Только вот «столкнулись» с ней мы, простые жители Кварота, а Феодор – виновник случившегося!

Эльвира вздохнула, подавляя в себе желание перейти на повышенный тон.

– Знаете, уважаемая Зара, я не наделена полномочиями судьи, и думаю, вы тоже! – женщина слушала увещевания Эльвиры с нескрываемой иронией – Я бы хотела в первую очередь понять, что это за проблема.

– В Замке ей не рассказали что ли? – донёсся уже знакомый голос мужчины-старосты Кварота, который вновь появился на пороге.

– Иди давай делом займись! – повелительным тоном распорядилась Зара, указывая костлявым пальцем на своего супруга – Кто там кому что рассказал – дело третье!

Мужчина вновь удалился, не переставая бубнить что-то себе под нос.

– Ну расскажи не то что покажи! – сказала Зара, отчего заслужила полный недопонимания взгляд Эльвиры. Увлекая женщину за собой, Зара спустилась с крыльца, придерживаясь за перила. Эльвира последовала её примеру. Женщина неторопливо пошла вдоль ряда деревянных домов.

– Видишь, здесь не та проблема, которую можно было решить знахарем или жрецом. – начала Зара – Вот этот дом – Пустой теперь, и вон тот, и тот, и этот, а вон там, на том берегу, там всего четыре дома жилых остались.

Эльвира сильно удивилась услышанному. Сперва она не поняла о чём именно говорила женщина, но взглянув туда, куда указывала Зара, посланница догадалась, что речь шла о домах, стоявших неподалёку.

– Вы хотите сказать, что жильцы этих домов… умерли? Что стало причиной?

Зара вновь ухмыльнулась и покачала головой.

– Аки мы знали! Болезнь здесь не при чём, кто бы там что не говорил. Это была такая фигура речи Феодора, по первости, пока он ещё мог противиться правде.

– Какой правде? – встревоженно переспросила Эльвира.

– То, что Феодор всё это время называл «недугом», косит нас нещадно. И ни Корнелиус, ни ты, ни какое другое «святило» здесь не управятся.

Они обошли ряд домов, многие из которых теперь были пустыми. Поднявшись на вершину холма, Эльвира увидела нестройные ряды покосившихся крестов, венчавших захоронения.