Глава 6

Дженнифер

Мне потребовался целый час, чтобы уснуть прошлой ночью, даже учитывая разницу во времени между Великобританией и Нью-Йорком, которая должна была означать, что я устала бы к десяти вечера. Вместо этого я лежала в постели, чувствуя огромное напряжение, протекающее через мое тело. Я не могла поверить в то, как разговаривала с Джексоном, но это вызвало во мне огромный всплеск адреналина, и чувствовала себя более бодрой, чем после большого кофе.

Когда я вспоминала разговор, ощущалось, будто это происходило во сне. Я действительно позволила ему стащить рубашку, а потом потрясла своей грудью перед ним? И не только это, я однозначно сказала ему, что между нами ничего не произойдет. Я пыталась убедить больше себя, чем Джексона, но он не воспринял меня всерьез; я видела это в его глазах. Он постоянно вел себя как самоуверенный, высокомерный придурок, а сейчас он думал, что его шансы были минимальны, поэтому он, возможно, немного притормозит.

Позволять ему снять мой свитер было огромным риском. Когда он снимал его, то задел пальцами мою кожу, и с секунду я не могла дышать, воздух застрял в моих легких. Если бы он протянул и прижал руку к моей груди, одновременно поцелуя меня в шею, как он предлагал сделать, я бы не смогла сопротивляться. Я уже была наполовину раздета, и мои тонкие штаны для йоги едва ли смогли скрыть влажность, появившеюся между моими бедрами. Он не прикасался ко мне, поэтому, к лучшему или худшему, я провела ночь одна в своей постели.

После того, как я наконец-то заснула, в итоге мечтала о Джексоне, точнее о его члене. Если и существовало одно преимущество, что он спал с большим количеством женщин, так это то, что, по крайней мере, он знал, что делать. В моем сне, он практически бросал меня на кровать, пока переходил из одной позиции в другую, включая те, которые я никогда раньше не использовала.

С предыдущими парнями мы использовали стандартный набор движений: я сверху, он сверху и некоторые нежные собачьи. Джексон не знал, что означало слово «нежный». В моих мечтах он агрессивно врезался в меня, и я кончала, когда он брал меня, прижав к стене спальни. Судя по влажности между моих ног, когда я работала, в моих фантазиях совершенно не было оргазма.

По крайней мере, то, что я была полуголой, остановило Джексона, и он больше не задавал мне вопросов о колледже. Было достаточно плохо врать про «F» (прим.: с англ. fail - провал, что означает двойку) на собеседованиях. Я бы убедила всех, что я завалила курс по Ближнему Востоку из-за семейных проблем, которые отвлекали меня от исследований, но это оправдание не убедило бы Джексона. Ему захотелось бы узнать, что произошло на самом деле, и черта с два, я бы рассказала ему это.

Сэм не дал мне отгул на работе, чтобы восстановиться после полета, но сейчас, когда Джексон находился в доме, я благодарна за повод, чтобы встать и уйти пораньше. Смена часовых поясов все равно сказывалася на мне, так что даже если я не выспалась, мне по-прежнему вставать в шесть утра.

Я приехала на вокзал, а потом поехала на метро в город. Приложение «Погода» на моем телефоне говорила, что самый высший показатель жары - семьдесят пять градусов (прим.: примерно двадцать четыре градуса по Цельсию), но он забыл упомянуть, что влажность утром составляла девяносто процентов. Поезд быстро забили, когда он приближался к городу, и когда я вышла, почувствовала слабость от сильной жары и клаустрофобии, находясь в окружении стольких людей. Я могла справиться с толпами и жарой - практически - но две эти комбинации превращали меня в липкий, панический беспорядок.

Офис был оборудован кондиционером, но моя кабинка была дальше всех от любых отверстий в потолке, поэтому температура всегда на несколько градусов выше, чем мне нравится. Я села и закрыла глаза, делая глубокий вдох и пытаясь притвориться, что офис был пуст, и никто не мог увидеть, как моя рубашка прилипла к спине. Я отвратительно выглядела, а чувствовала себя еще хуже.

Как все остальные приходили на работу, выглядя, будто их высадили из лимузина с кондиционером прямо возле офиса? Неужели больше никто не ездил в жарком и потном метро? Я не видела никого, кому было так же жарко, как мне, и, казалось, ни у кого рубашка не прилипала к спине.

– Дженни, - сказал внезапно появившийся позади меня Сэм.

Не то чтобы у меня была дверь, в которую он должен был постучать, но было бы неплохо, если бы он дал мне знать, что пришел, чтобы не пугать меня до смерти.

– Рад, что ты наконец здесь.

Наконец? Я приехала в офис чуть позднее восьми часов, хотя официальное начало моего рабочего дня - девять. Видимо, приехав после него, сделало меня опоздавшей независимо от времени.

– Привет, Сэм, - ответила я, стараясь звучать весело и восторженно.
– Сожалею о том, что произошло с Джексоном.