А за окном смеркалось. Комната медленно погружалась в сумерки. Они сидели тихо, думая каждый о своем, и даже не подозревали, что думают об одном. Они думали о Вере.

Виталик вспоминал ее прекрасное личико, добрые карие глаза. Первую встречу в парке. Как это было давно, и в то же время как недавно. Тогда она еще не знала, какой он подлец, и перед ними расстилался чистый лист. Теперь же этот лист изгажен, и осталось лишь выкинуть его. И жизнь такая штука, что черновиков не дает! Жить нужно набело!

А Люда тоже вспоминала Веру. Она вспоминала, как Виталик глядел на нее тогда, на вечере. И ей становилось грустно. Ведь на нее он никогда так не взглянет. Да и вообще ни кто никогда на нее так не глядел. Глядели с восхищением, глядели с вожделением, а вот так, когда сразу видно — только свистни и за тобой пойдут на край света, отдадут по капле кровь… Такого никогда не было… И даже то, что Вера теперь неизвестно где, а в объятиях Виталика сидит она, не дает никакого утешения. Наоборот, в душе заворочалось что-то странное и противное. Подняло голову, начало вгрызаться, сосать изнутри…

Так Люда узнала, что такое совесть…

Так они и уснули, грея друг друга. И лишь пустая бутылка и два стакана были молчаливыми свидетелями этой странной сцены…

Бидон тоскливо шагал по улице. Настроение было препаршивое, денег в кармане нуль, а на пути как назло один за другим пивные ларьки. Эх, кто бы дал взаймы! До следующей зимы…

— Привет! — услышал он знакомый голосок, обернулся. Перед ним стояла улыбающаяся Вера. Впрочем, улыбались только губы, в карих глазах Бидон уловил отблески тоски.

Этой чего надо, подумал он зло. Чего доброго начнет стыдить, упрекать, что тогда поддался уговорам Люды и выкинул такое на дне рожденье Виталика. Бидон скривился, сейчас начнет уговаривать, чтобы он помог вернуть Виталика, как раньше делала Люда. Тогда ввязался и почувствовал себя полным дерьмом. Нет уж! Увольте! Больше я друзей не предаю!

— Ну здарова! — буркнул он.

— А чего такой злюка? — спросила Вера. Держала себя так непринужденно, что Бидон удивленно вгляделся в нее — не показалась ли тоска в глазах. Но нет! Глаза Веры по-прежнему оставались печальны. Но губы улыбались и говорили. — А! Знаю! Я вспомнила, как можно сделать тебя добрым! Идем!

Она повернулась и зашагала к пивному ларьку, туда, куда с тоской глядел Бидон. Бидон недоверчиво шагнул следом.

Вера уверенно подошла к ларьку, обернулась:

— Тебе какого взять?

Бидон разинул рот, и ей пришлось переспрашивать. Он с трудом вышел из ступора, буркнул:

— Да любого!

Вскоре они стояли за стойкой друг перед другом. На стойке стояли две полные кружки.

— Сколько я тебе должен? — спросил Бидон.

— Да ты что?! — сделала большие глаза Вера. — Как можно с друзей деньги брать!

Бидон пораженно покачал головой. Не знал верить или нет. Чтобы девка Виталика да сама пиво купила. Он осторожно взял кружку, отпил. Точно! Пиво!

— Ты чего такой недоверчивый!? — засмеялась Вера. — Ты пей! Господь завещал делиться с ближним!

Она подхватила кружку и отпила, вымазав губы в пене. Улыбнулась ему. Бидон разинул рот.

— Да ладно тебе так глядеть! — фыркнула Вера. — Квас это! Тебе пиво взяла, а себе квасу!

— Фу ты! — облегченно выдохнул Бидон. — Я уж думал оборотень какой! Чтобы Вера да пиво пила…

Он рассмеялся облегченно. Гулкий хохот напомнил Вере тот день, когда они познакомились с Виталиком. Она разом погрустнела.

Бидон поглядел на нее пристально, потом сказал тихо:

— А Виталик дурень, что тебя оставил!

— Не судите, да не судимы будете! — проговорила Вера, глядя ему в глаза.

— Да! Извини! — смутился Бидон. Вера еще не разу не видела, чтобы он так много смущался. Вообще не видала, как он смущается. И вот на тебе. За сегодня уже второй раз.

— Я просто хотела узнать, как он поживает! — задумчиво проговорила Вера.

— Да как поживает?! — бухнул Бидон. — Пьет все!

Тут же спохватился, заспешил оправдываясь:

— Даже мне показалось слишком. Неделю уже! И все один! А вчера с Людкой его видели… — опять смутился и замолк.

— Вы уж не оставляйте его! — попросила Вера. — Друзья ведь! Пообещай мне, что не оставишь его в беде!

— Конечно! — даже оскорбился Бидон. — Да чтобы я, да Виталю… Сегодня же найду и попытаюсь вразумить!

— И если я чем могу… — проговорила она. — Вот телефон! Если хоть чем-то… Даже мелочью какой… Позвони пожалуйста!