После моего согласия Патрик спешно удалился, не оставив никаких контактов, и лишь назначив мне место встречи в одном из ангаров заводской зоны, послезавтра. И с того момента как он ушел, словно некое колдовство, заставившее меня принять это решение, спало и я осознал на что подписался. Не зря наверное люди считают охотников конченными психопатами. Вот и я видимо, побыв охотником полтора года, совершенно лишился рассудка.

Но сколько бы я не раздумывал и не корил себя за данное согласие, отступать было поздно, и потому весь последующий день я морально готовился к тому, что ждет меня за стенами города. Я прочел о гренадалях все, что смог найти в сети, но не открыл для себя ничего нового. В ближний бой не вступать, уничтожать с безопасного расстояния. Анатомия близка к человеческой. Высокоразвитый социум грендалей позволяет им не только охотиться и передвигаться вместе, но и выстраивать достаточно сложную, многоходовую тактику нападения. Единственное, на что мне оставалось надеяться, это на то, что Патрик выделит действительно полезных людей и подходящее оборудование.

И вот, назначенным днем, в одиннадцать часов ровно, я подошел к воротам ангара номер девятнадцать ноль четыре, и наткнулся на человека в форме городской охраны, стоявшего у входной двери и невозмутимо взирающего на меня.

– Мне назначена здесь встреча – сказал я, как-то не очень уверено.

– Номер чипа – грубо потребовал он.

Я продиктовал номер и он, сверившись с потрепанным наручным компьютером кивнул и, обернувшись, быстро набрал на небольшой черной панели кодового замка длинную комбинацию цифр, после чего послышался лязг и массивная металлическая дверь стала медленно отворяться:

— Вас ждут – сказал он тем же тоном.

Я прошел внутрь и оказался в громадном ангаре. В таких помещениях приводилась в порядок вся городская техника, совершались последние доводки собранных машин и ожидали отправки на переработку списанные по тем или иным причинам модели. Но в отличие от тех ангаров, в которых бывал я, еще в те времена, когда работал в заводской зоне, этот оказался на удивление пустым. Вместо рядов разнообразной техники, беспорядочно снующих в разные стороны механиков, операторов и водителей, коих я ожидалтут увидеть, я обнаружил лишь огромное пустое помещение, в центре которого стояло нечто похожее на груду металлолома. Я не сразу признал в этой груде машину. Даже по меркам автопромышленности Филина этот монстр был весьма уродлив. Серая, бесформенная махина, на восьми больших колесах, с крыши которой взирало короткое, широкое дуло ракетной пусковой установки. Приглядевшись, я определил модель – «Стальной Медведь», производства прошлого десятилетия. Списанные несколько лет назад военные бронемашины, предназначенные для охраны экспедиций и караванов, ныне были заменены на более маневренные и быстрые модели, и продолжали производиться лишь небольшими партиями на экспорт другим городам.

– Клайд — услышал я голос Патрика.

Он уже шел ко мне из небольшого технического домика, расположенногоу дальней стены ангара.

— Вы во время – заговорил он, усердно сотрясая мне руку – Пунктуальность это очень ценная черта.

– Такое большое помещение – я обвел глазами ангар — И такое пустое.

— Это сейчас пустое. Этот ангар часто сдается в пользование научным экспедициям. Чего только тут не было. Однажды здесь даже стоял самолет. Настоящий самолет, представляете? Вы когда-нибудь их видели?

– - Только на картинках – ответил я честно. Небо в нашем мире целиком и полностью принадлежит легионерам, причемстало таковым еще до крушения. Первым что отнял Риес у людей, было именно небо, для контроля над которым он вывел особую породу тварей. И речь идет конечно не о гарпиях. Архангелы, похожие на исполинских скатов, парят в поднебесье, гонимые потоками ветра. Они никогда не спускаются на землю, и чаще всего пребывают в верхних слоях атмосферы, питаясь солнечными лучами. Но стоит чему-то больше птицы, подняться выше полсотни метров, как архангелы с невероятной для их размеров стремительностью, спускаются из облаков, неся неминуемую смерть на своих крыльях. В сети говориться, что архангелы являются самыми совершенными легионерами и чуть ли не самыми совершеннымиорганизмами на планете. Однако сам я их, как и самолеты, никогда не видел, если не считать черных точек, с трудно различимыми очертаниями острых крыльев, парящих где-то очень очень высоко в небе.

– А мне вот посчастливилось – простодушно хвастался Патрик тем, что видел самолет – Уж не знаю откуда его притащили, но поговаривали, что его даже смогут заставить летать. Но потом, однажды, он просто исчез, и никто мне не сказал куда. Да я и не интересовался, если честно.

Он посмотрел на меня, улыбнулся и быстро продолжил говорить, видимо растолковав мой взгляд как знак к тому, что пора переходить к делу:

– Ну что же, вот и ваш транспорт.

Патрик указал на стального медведя.

– Это? – удивленно спросил я, хотя определенные подозрения на счет нее у меня появились сразу.

– Именно – закивал он – Вас устраивает?

Я двинулся к машине, и мой заказчик быстро зашагал следом.

– Но он же медленный.

– Зато надежный.

– Но вы говорили, что работу нужно выполнить быстро?

– Не настолько быстро, чтобы жертвовать ради этого вашей безопасностью, и грузом, который вы мне доставите. Такими вещами пренебрегать нельзя, верно? А лишние пару часов я готов подождать.

«Пару часов» – ухмыльнулся я про себя – «Скорее уж пару суток». Хотя, конечно, все было не так плохо. Медведь и правда был очень надежным и даже слишком защищенным. Любой легионер, встретивший нам на пути, будет весьма долго выковыривать нас изнутри, даже если сможет остановить. Но вот только, для того чтобы выполнить поставленную задачу нам придется покинуть машину, и гарантий на возвращение в нее никто дать не может.

Патрик опередил меня и, подойдя к медведю, дважды постучал по броне. Через несколько секунд раздался лязг – это открылся верхний люк, и на крышу выбрался широкоплечий, светловолосый парень, явно старше меня, но лет на пять, не больше. Его выправка, короткая стрижка и военная форма говорили сами за себя – этот человек принадлежал к силам обороны. Среднего роста, голубоглазый, он явно был из тех, кому не сложно найти себе девушку чтобы скоротать вечерок.