– Кар, ну, чего ты, крошка? Я так соскучился по тебе.

– Черт возьми, прекрати же это! – выкрикиваю я, с силой оттолкнув его от себя. Даже меня собственный крик пугает не на шутку, а что уж говорить о Мише, в изумлении следящим за каждым движением моего лица. – Хватит! У меня есть имя, перестань каркать, пожалуйста! Я – Каролина! Ка-ро-ли-на! – по слогам повторяю я.

– У тебя что, предменструальный синдром? Сначала на маму налетела, а теперь на меня?

– Она тебе уже пожаловалась? – Не могу сдержать нервный смешок, ибо происходящее поражает. Мы не созванивались с ней несколько дней и за это время она успела нажаловаться Мише и явно наговорить ему не бог весть что. – Ты что, снова шушукался с ней за моей спиной?

– Что значит, за твоей спиной? Мы оба не чужие тебе люди, Кар… Каролина. Чего ты завелась так? Я пришел домой раньше, соскучился по тебе…

– Да ничего, Миш! Мне осточертело, что всякий раз, когда мы ругаемся с тобой, либо я с мамой, вы оба тут же начинаете обсуждать это, как какие-нибудь подружки! И каждый раз виноватой делаете меня, а на себя и взглянуть не желаете!

– Боже, она просто переживает за тебя вот и все!

– Нет, она переживает лишь за то, чтобы я не стала старородящей женщиной, ведь это, черт возьми, так унизительно! И вовсе не для меня, а для нее самой!

– Ладно, – сдержанно вздыхает он, – давай успокоимся. Не стоит так истерить без причины. Пойдем я сделаю тебе массаж, ты расслабишься и мгновенно придешь в себя.

– Да не хочу я эти чертовы массажи! – тут же выпаливаю я. – Не хочу ходить по идиотским выставкам не пойми чего! Не хочу делать то, что хотите вы! Ты сказал, что придешь поздно, какого черта вернулся сейчас?!

– Спасибо тебе, родная, вижу как ты ждала меня, аж умирала!

– Я не ждала тебя, – говорю медленно, стараясь успокоить ураган внутри. Однако, стоит только взглянуть на Мишу, перед глазами тут же возникает вездесущая мать, старая пижама, скучный секс, что давно превратился в пустую трату времени и просто механическое телодвижение. И от этого буря ненависти во мне лишь усиливается. – Я вообще не хотела, чтобы ты приходил. Представь себе, у меня были планы на саму же себя! Удивительно правда? Наверное, немыслимо осознавать, что я сама чего-то хочу, что-то планирую и о чем-то мечтаю, верно? Так вот, я хочу принять ванну и выпить вино, потому что, наконец, сдала проект, над которым работала три месяца. А потом, пойти потанцевать, чтобы громкая музыка, которую ты так ненавидишь, стучала во всем моем теле! Чтобы прям вот здесь в груди вибрировало от тяжелых «тыщ-тыщ-тыщ». Вот так я хочу провести сегодняшний вечер и ночь! Без тебя. Без мамы. И без ваших «делай это, делай то».

– А я и представить не мог, как хреново тебе живется! – фыркает Миша, проведя рукой по своей пышной (жуткой!) челке. Так хочется схватить ножницы и срезать этот «модный кошмар». – Ладно, без проблем, Кар! Кар. Ка-а-р! Кар! Кар!

– Какой же ты идиот!

– Кар! Кар! Кар! – продолжает кричать он, точно избалованный ребенок. – Значит вот, что с тобой в последнее время происходит?! Хочешь веселиться и заниматься бессмысленной ерундой, от которой я тебя бережно отгораживаю? Как эта твоя подружка, что вечно выставляет напоказ свои сиськи?

– Эта моя подружка занимается продвижением твоего кафе! И сиськи у нее – что надо! Были бы у меня такие, я бы тоже с радостью их демонстрировала! Даже лифчики бы не носила, чтобы всем вокруг мои торчащие соски глаза резали!

– Знаешь что, – вскинув подбородок, заявляет Миша, – а делай, что хочешь! Пей, купайся, веселись! Шатайся вместе со своей подружкой по местам для отбросов общества – мне все равно. Посмотрим, как долго ты проживешь в этой убогой среде.

– Боже мой, я и подумать не могла, что желания так быстро сбываются!

– Твоя мама права, ты еще такой ребенок! В двадцать пять лет и понятия не имеешь, что значит быть благодарной. Все о тебе заботятся, лелеют, а ты только и знаешь, что вредничать. Каролина, скушай это – не хочу! Каролина, выбирай удобную обувь, а не жуткие каблуки, от которых осанка портится – НЕ БУДУ! Ты – вредина, что отказывается понимать, как ей повезло с заботой родных и близких!

– Не твоего ума дело, какую обувь и одежду мне носить! Хочу каблуки – будут у меня каблуки! И плевать, болят от них ноги или нет, я женщина, черт возьми! Это тебя не касается!

– Да пошла ты! – отмахивается он и разворачивается на пятках. – Дура!

– Знаешь, ты прав. Я действительно дура, которая никак решиться не могла высказать все, что накипело, раньше сегодняшнего вечера! Все! Я устала от этих отношений, Миша! Конец! The end! Финиш!

Миша разворачивается и оглядывает меня ненавистным взглядом:

– Елена Владимировна будет в шоке.

– Вот и отлично! Беги к своей подружке, раз вам вдвоем так хорошо!

– Это твоя мама! Как ты смеешь говорить такое?

– А что я сказала? – хмыкаю я, расставив руки в боки. – Моя мама – твоя подружка. А ты – её подружка. Вы обе – лучшие подружки!

– Идиотка! Видеть тебя не могу особенно в этих лохмотьях, что ты постоянно напяливаешь на себя! – бросает он, направляясь в спальню. – Нормальные женщины ждут своего мужчину, готовят сюрпризы, стараются угодить, а у тебя в голове, словно абсолютно противоположная программа установлена! Ты – бревно, Каролина! Которое не шевельнется, даже если цунами пронесется!