Беру! Сколько? 90 очков – нормально, хватает. Подвожу палец к изображению «рельсы», появляется всплывающее окно: «Вы действительно хотите приобрести данное оружие?». Отвечаю «да». Оно тут же оказывается в моих руках. Красивое, внушительное. Вот только как им пользоваться? В меню покупок разблокировались апгрейды для «рельсы»: уменьшитель шлейфа (10), увеличитель зоны поражения (10), снайперский прицел (10). А вот то, что мне нужно – снайперский прицел к этой штуковине. «Купить» – опять выпрыгивает окно подтверждения, нажимаю «да». На «рельсе» появился компактный оптический прицел. У меня 0 очков, но теперь я вооружен, как черт… Черт! Я забыл купить патроны! Один энергоблок к «рельсе» стоит как раз 10 очков. «Ебать ты лох», у тебя есть снайперский прицел, но оружие не стреляет.

– Матч начнется через 10… 9… 8… 7… 6… 5… 4… 3… 2… 1… Начали!

Меня телепортировали в другую точку на карте, если это место можно так называть. Я осмотрелся: на горизонте никого нет. Только сейчас обратил внимание на то, что на левой руке у меня появился цветной дисплей. На нем выводится количество хит-поинтов, брони и патронов. «Кол-во патронов: 1» – первый бесплатно? Ну, тогда у меня есть только один выстрел, если промахнусь – FAIL. Я укрылся в высокой траве и начал «выпасать» свою жертву.

Сижу в засаде, блин, жду. В кого же я буду стрелять? В Микки или, может, в Наполеона? Или даже в Марвела? Поговаривают, он безвылазно обитает в штрафном изоляторе за неконтролируемые попытки накормить окружающих собственными фекалиями. Я знаю, что умереть здесь невозможно, так что целиться буду во всех подряд.

А вот и первая жертва. Приставил прицел к глазу и навел на «мишень». Нет, я не знаю этого пациента, ну, возможно, пару раз видел его в столовой. Перевожу прицел на голову, нажимаю на кнопку – куча мясца разлетается в стороны. Какая нелепая смерть – он даже не знал, откуда стреляли. Смотрю на дисплей, там высветилось: «П37 убил П62, П37 получил 20 очков». Наконец-то я куплю патроны. Только хотел вызывать меню, как услышал свист пуль за спиной. Я быстро прислонился к земле, и попытался определить источник стрельбы. Но после нескольких очередей пальбу прекратили.

– М-П, – шепотом сказал я.

Передо мной появился небольшой полупрозрачный экран. На все полученные очки я купил энергоблоки к «рельсе». После чего услышал, как что-то увесистое упало недалеко от меня. Вначале я не понял, что это могло быть, но когда до меня дошло – было уже поздно. Это была ручная граната.

– Новая сборка работает почти без сбоев.

– Нужно отметить. Кстати, когда состоится второй транш?

– Как только они получат реплеи, мы получим свой кэш.

– А ты уверен, что это законно? Налицо злоупотребление служебным положением.

– Это просто «модернизация АйТи отдела». Расслабься, никто не узнает.

О чем они болтают? И что это за незваная публика в моей палате? Распахнул глаза: темно, что-то надето мне на голову. Я попробовал снять устройство, но оно было намертво зафиксировано.

– Смотри, еще один проснулся. Помоги бедняге снять дрим-шлем.

Дрим-что? С меня сняли этот шлем – черную громадину с ворохом подсоединенных проводов. Как выяснилось, это не моя палата. Что это за место? Я никогда не был в этой части Санта-Барбары. Вдоль просторного помещения стояли койки, а на каждой из них кто-то спал. На головы сновидцев надеты странные аппараты, похожие на тот, что секунду назад был на мне. Все провода тянутся к монструозной машине с торчащими наружу печатными платами, массивным водным охлаждением и россыпью моргающих светодиодов. Похожий механизм, если не подводит память, я видел в приюте с детьми-уродами. Потом я вспомнил про ногу – та оказалась перебинтована. Рядом со мной стояло два врача, один из них робко произнес:

– Тридцать седьмой?

– Да.

– Как самочувствие?

– Нормально, а что происходит?

– Это новый способ лечения пациентов. Здесь они снимают напряжение и стресс, – он как-то загадочно улыбался.

– Можешь отправляться в свою палату, тебя отведут, – сказал второй.

Ощущение, будто все это время я таскал известняковые блоки. Я еле поднялся с кровати. Здоровенный мудила, который только что зашел, взял меня за руку, и я поплелся за ним. Врачи продолжили оживленное обсуждение.

Мы шли коридорами Санта-Барбары, те были немноголюдны. Я ловил на себе осуждающие взгляды не только персонала, но и психов. Что ОН снова натворил? Стероидный пролетарий дотащил меня до моей палаты, небрежно открыл дверь, и с силой закинул меня внутрь. Дверь захлопнулась. Моя палата ужасно выглядела: кровь никто не отмыл, про рвоту я вообще молчу. Стену украсила парочка новых абстрактных символов, старательно выведенных содержанием моих артерий, но потяжелевшие веки деликатно намекнули, что рисунки не стоят моего внимания. Я свалился на окровавленную кровать, здесь меня отучили от брезгливости.

Вода течет по лицу. Идет дождь, я стою среди внушительной толпы людей. Играет унылая музыка, и звучат пафосные лозунги. Все в черном, я тоже. Похоже, мэшап похоронного марша и гимна Украины.

Значит, я на торжественных похоронах. От обстановки веет неприкрытым тоталитаризмом. То тут, то там люди в кителях, избыточное дублирование символики на поверхностях, даже плач людей какой-то притворный. Помню, в КНДР даже закон такой был, что нужно изображать скорбь три дня после смерти лидера страны, не то тюрьма. Я прошел немного вперед, чтобы увидеть предполагаемого диктатора.