Но вдруг он услышал сзади:

– Молодой человек, можно вас на минуточку!

Голос этот заставил Андрея вернуться к ларьку.

– Тут я, по правде сказать, оставил один букетик для дочери, извиняющимся голосом сказал старичок.
– Да вижу, вам цветы очень нужны. А ей пусть жених достает.

Пусть тоже поищет! Это его дело. Верно я говорю?

– Еще как верно!..
– воскликнул Андрей, готовый расцеловать старичка в его снежные усы и в смешную заиндевевшую метелочку на подбородке.

Букет был аккуратно завернут в большой лист кремовой бумаги. Но цветы спрятать нельзя! Пассажиры в троллейбусе глубоко вдыхали нежнейший аромат юга, ворвавшийся вдруг в побеленный морозом вагон. Молодая женщина завистливо взглянула на сверток, потом на самого Андрея, а потом бросила укоризненный взгляд на своего спутника, мрачно уткнувшегося в газету.

"Правильно... Пусть тоже поищет!" - подумал Андрей.

Потом он тихонько отвернул край оберточного листа, взглянул еще раз на любимые Клавины цветы, вдохнул их аромат. И каждый цветок показался ему в самом деле похожим на только-только вылупившегося, неправдоподобно маленького цыпленка, присевшего на зеленую веточку,

1955 г.