– Ты какого хера меня поцеловал?
– начала бурчать я.

– Хочешь продолжения?
– хитро сказал он, поднимаясь на ноги и встав передо мной, усмехнулся и ступил ко мне.

Возмущение росло словно снежный ком, а желание убить этого парня, что тщеславно выглядит, на чаще весов сильнее клонилось в сторону его смерти. Паника от его слов, страх, биение сердца и секундный гул в ушах, накатывали с новой силой, заставляя мозг вырабатывать тактику. Я резко подхожу к нему ближе, на секунду вглядываясь в лазурные глаза, полные ехидства, с размаху даю ему пощёчину. Звук, такой приятный, согревающий тело и душу, отозвался огнем ладони и трепетом в душе. Его глаза, голубые глаза, как небо, с шоком осматривали меня, светлые волосы с медовым переливом, едва заметно качнулись от дуновения ветра, а статная фигура, и взгляд выражали агрессию. Судя по удивленному лицу, он не ожидал таких действий. Он считает себя самым красивым, а с его внешностью смазливого паренька, от девушек отбоя нет. И мне не удивительна его реакция. Вероятно его никто, ни разу не бил или отшивал. Это в новинку для него и я была безгранично этому рада. Бегло осмотрев Джейка, я отвернулась и сорвалась с места убегая прочь из этого переулка. Минут тридцать я бежала, сбивая ноги, вечно врезаясь в неожиданно возникших прохожих. Я остановилась лишь у дома, присев у подъезда я вздохнула с облегчением, пытаясь унять дрожь и перевести дыхание. «Все хорошо, все будет хорошо. Алекс, все будет хорошо, тебе нельзя влюбляться, всё они одинаковые. Все.» - твердила словно мантру я, сжимая волосы в кулаки, чуть покачиваясь, стараясь так успокоиться.

Я просидела на лавочке ещё минут десять, поджав под себя ноги, и положив голову на коленки, смотрела на прохожих. Каждый куда-то спешил, стремился, дети, студенты, влюбленные пары, всё так слащаво. Смысл отношений? Поцеловаться, переспать и рыдать? Не вижу смысла. Да, хочется тепла, да некоторые стараются измениться из-за ошибок, но я же устала от этого. Паршиво... Нет смысла в этом. Любить кого-то, открыть душу, признаться в чувствах, дышать кем-то? Не хочу. Потом всегда больно, всегда приходит конец отношениям. Хотя всё мои подруги шли дальше, пробовали снова, обжигались, но шли дальше, они - не я. Последние отношения выбили из колеи, а потом смерть родителей. Все-таки небо в моей жизни очень тёмное. Я подняла глаза к небу: собирались тучи, становилось мрачно, дождь, наверное, будет. Нужно идти домой. Прикрыв глаза, я подняла лицо к нему, подставляя его прохладному ветерку.

Поднявшись на ноги, я мигом заскочила в подъезд до того как первая капля упала на землю, принося свою пока ещё холодную влагу. Запах сырости пьянил и дурманил. Квартира встретила мраком и тишиной, дома никого. Зайдя в свою комнату, я бегло осмотрела стены и вдохнула полной грудью воздух, что проходил сквозь открытое окно. Через секунду, я заметила, что больше не могу дышать. Боль и одиночество сдавливало грудь в тиски. Прикрыв глаза, я осела на пол, развалившись на мягком сером ковре. Раскинув руки в бока, блаженно потянулась

Да, поездка в Бруклин к дяде изменила меня, я думала, конечно, что такое случиться, но не так быстро. Сегодня суббота, выходные, в понедельник пойду в школу, и начнется эта гребанная учеба. Нужно изрядно постараться, что бы ни вылететь из этой школы. Губы скривились в усмешке от одной мысли об этом. Улыбнувшись самой себе, я встала с пола и на ходу скинула одежду, пошла в душ. Пару минут блаженства, тёплых капель, и я вышла, закутавшись в белое махровое полотенце, быстро сделала кофе и, взяв чашку пошла в комнату. Накинув излюбленные синие шорты и в тон майку, включила ноутбук, зашла в сеть и включила плей-лист. Усевшись на подоконник, свесила ноги вниз, я сидела и вдыхала запах кофе и весеннего дождя, что тарабанил по стеклам, попадая мне, но ноги. Да, судя по реакции прохожих, было странно видеть подростка, что свесил ноги с окна третьего этажа. Они всё время оборачивались, вскидывая взгляд на меня, тем самым подставляя лицо дождю. Выходные прошли довольно забавно, я лишь сидела дома, читала, слушала музыку, а вечером мы с дядей Энтони гуляли, он показывал рестораны, мы ходили на фильмы, на нас смотрели как на пару, меня оценивали девушкой, что желала денег от статного мужчины, но лишь мы знали, смотря друг другу в глаза, что тут лишь отцовская любовь.

Понедельник, птицы, солнце, легкий ветерок, в этот момент я пожалела, что проснулась и, в принципе, родилась. Восемь утра, а я стою у подъезда и думаю - «Может нафиг школу?» А почему бы и нет? Зачем она мне нужна в восемь утра? На машине не поездишь, ведь не знаю точной дороги. Шумно выдохнув, я всунула наушники в уши, спокойно пошла в сторону школы. Дядя Энтони говорил, что школа, конечно, не самая лучшая, но что бы настолько. Высокое трехэтажное здание из белого кирпича, с панорамными окнами, аккуратной тропинкой, расходящейся в разные стороны, ведущую на спортивные площадки. До занятий пол часа, а так много народу, всё собирались кучками, что-то живо обсуждая. Да и тут всё гопники похоже. Так ещё и драки устраивают, заметила я, увидев потасовку двух парней. Конечно, довольно дико поступать в школу, где учителя делают ставки на учеников. Блин, с прошлой школы меня же выгнали из-за плохого поведения и драк, а тут такое. Да, там, где я жила, был самый опасный район, преступность зашкаливала по сравнению с другими штатами. Я кое-как пробралась в само здание школы, минуя людей, что даже не замечали меня. Да нет, это не школа, это же хрень какая-то. Бабы накрашены как шлюхи, да и на них одежды-то нет, тряпки какие-то, парни либо уроды, либо тупые. Завидев в конце коридора несущегося темноволосого, щупленького паренька, что бежал со скоростью света, на ходу размахивая увесистым лифчиком изумрудного цвета. Следом бежала низенькая рыжеволосая девушка, с голым торсом, прикрывая обнаженную грудь рукой. Презрительно наблюдая за всем происходящим вокруг, я добралась до кабинета директора. Тёмная дверь с позолочённой ручкой, заставила задуматься, и развернуться, уйти домой, погулять, покурить и напиться. Но откинув эти мысли, я занесла кулак, что бы постучать. Стук, секундная тишина и ответ хриплым голосом:

– Входите.

– Здравствуйте, я новенькая, - тихо сказала я, выглядывая из-за открытой двери.

Взгляд сразу скользнул по тёмному кабинету, замечая синие шторы, пустые стены и огромный коричневый стол по центру, где сидел темноволосый, старичок, на голове которого проглядывалась седина.

– А, ты Алекс Милтон? Верно?
– маленький сморщенный старичок поднял на меня взгляд карих глаз, опуская очки на кончик носа.

– Да, это я, - робко заявила я, проходя в кабинет, останавливаясь у стола.

– Ну что ж, рады приветствовать в нашей школе, - заучено начал директор, снова уставившись на бумаги, продолжил, - ты будешь учиться в одиннадцатом классе, но, к сожалению, в классе Б, - вздохнул он.

– Почему «к сожалению»?
– спросила я из любопытства.

– Ну, в классе «А» много девушек, мало парней, но там нет места. А в «Б» классе всё наоборот, там лишь три девушки, причем самых не послушных, - без энтузиазма объяснил он.

Сказать, что моё лицо исказилось - ничего не сказать. Я просто офигивала. Столько времени пытаюсь снизить общение с парнями, и тут на тебе. Словно сам Бог желает свести меня в могилу. После Стива, я всячески избегала мужской пол, признаюсь, узнав что мне нужно переехать к Энтони, в голове сразу скользнуло отвращение. Мои руки сжались в кулак, а я пристально осматривала директора, тайно надеясь что это такой юмор. Бросив взгляд на табличку у края стола, сообщающая, что сидящий передо мной, это - Адам Бутман. Дорогой серый костюм был с иголочки. Что заставляло понимать, денег у него много, а золотые часы на правой руке, были тому доказательством. Хотя странно, разве директора получают много? Или он зарабатывает на ставках, делаемых при драках школьников?