Но тем самым только усиливала желание империты противиться своей судьбе. Как она ненавидела эти слова! И, убегая в свои покои, горько рыдала от осознания своего бессилия против ненавистного Трона.

И, в конце концов, она улетела на Камарлен и вляпалась в мерзейшую историю.

– Вы были когда-нибудь на празднике Цветов? – снова спросила она.

– Нет, ни разу.

– Как? Совсем-совсем никогда? – не поверила та.

– Никогда. Я не люблю шумных скоплений народа, а на праздниках всегда много шума и много народа.

– Но зато там весело. Когда вернемся, вам надо обязательно прийти на праздник Цветов.

Он слегка улыбнулся ее словам, но промолчал.

Вдруг Дели засмеялась. Офицер удивленно взглянул на нее.

– Представляете, трайд, если мы застрянем на этой планете? – сказала она, смеясь. – Мы организуем новое племя, и будем называться рахимы – Звездные люди. Построим свой луйхар и будем жить, как заправские ихлаки, охотиться, драться мечами и арбалетами, заведем себе лонгов и будем целыми днями скакать на харубах. Вам нравится такая идея, трайд?

– Нет, совсем не нравится, – засмеялся тот. – Хотя я и люблю Камарлен, но, думаю, что не готов поселиться здесь навсегда.

– Вообще-то меня тоже не прельщает подобная перспектива.

– Империта, вам не кажется, что мы с вами начали делать первые шаги к взаимопониманию? – вдруг спросил Марион.

– Да, странно, – удивилась Дели. – Мы идем уже почти целый день и ни разу не поругались.

– Говорят, беда сближает людей. Наверное, это правда.

– Не обольщайтесь, трайд, – в ее глазах мелькнул озорной огонек. – Это временное перемирие, и оно ни на что не влияет.

– А вам, видимо, нравится ссориться со мной, империта?

– А вы разве не знаете, что хорошая ссора, как глоток воды дает силы?

– В первый раз слышу. Лично у меня от ссор лишь падает настроение и никаких сил от них не прибавляется.

– Потому что вы без души ссоритесь.

– Ах, так еще и с душой надо ссориться?

– Конечно! Вот, например, обзовите меня как-нибудь.

– Как обозвать? – удивился Марион.

– Ну, хоть как, вы что обидных слов не знаете?

– Не буду я вас никак обзывать.

– Не притворяйтесь невинной овечкой, трайд! – усмехнулась девушка. – Помнится, не так давно вы называли меня капризной девчонкой, а сейчас вдруг позабыли? О, я знаю, вы умеете оскорблять и орать!

– Но ведь это было вызвано под вашим немалым давлением, империта, – возразил тот. – Конечно, бывало, я срывался, может даже где-то перегибал палку, но и вы как-то называли меня бесчувственным чурбаном, наглецом с гадливым языком, безалаберным офицером. Согласитесь, ваш список обидных слов гораздо длиннее и оскорбительнее.

– Что? – округлила глаза Дели. – Вы утверждаете, что я незаслуженно оскорбляла вас? Да вы так по-хамски вели себя, что мне не оставалось ничего другого, как защищаться от ваших отвратительных нападок! И вообще вы знаете, что никто ни под каким предлогом не смеет меня оскорблять?

– Уж простите, империта, но я так устроен, что не могу молча проглотить незаслуженные оскорбления, даже ваши.

– Незаслуженные? – со смешком переспросила девушка. – Могу вас уверить, что вы их вполне заслужили, трайд. Я никогда не оскорбляю человека просто так, без повода.

– Разве? – усмехнулся в свою очередь Марион. – Мне думается, что такая неуравновешенная особа, как вы, очень даже может оскорбить и без повода, просто так, по своей прихоти или из-за плохого настроения. Я это уже не раз замечал и испытывал на собственной шкуре.

Дели нахмурилась, помрачнела, вскинула голову, посмотрев на офицера.

– Вот как? Оказывается я – неуравновешенная особа? Вот, значит, как вы думаете обо мне? И вы утверждаете, что я оскорбляю вас и других без повода, по прихоти? И что же еще вы думаете обо мне, трайд?

– Думаю, нам стоит прекратить этот разговор, грозящий перейти в очередную ссору, – спокойно ответил тот, но империта уже завелась.

– Не увиливайте от вопроса, трайд, – резко выпалила она. – Давайте, выкладывайте все, что у вас на уме на мой счет, не стесняйтесь. Ну? Я знаю, что вы думаете! Она просто глупая, самовлюбленная девчонка, выросшая в роскоши и заботе и не умеющая ни черта! Она только путается у всех под ногами, ноет, жалуется, строит из себя невесть что и думает, что все должны опекать ее, крутиться вокруг нее, ведь она ни больше, ни меньше – пуп вселенной! А еще вы думаете, чего этой пигалице не сиделось в своем Дворце, где у нее было все? Какого черта она притащилась на Камарлен, добавив новые хлопоты, ведь ее нужно защищать, оберегать, спасать, отвечать за нее, так как сама она – ноль без палочки, только вопли и крики! Согласитесь, ведь вы так думаете, трайд?