Отец холодно скользнул взглядом по изображению трансляции и кивнул сыну. Отол Кайм подошел к матери и склонился перед ней, но она словно не заметила его. Ее глаза следили за императорской четой сквозь слезы восторга. Отол Кайм помнил и об этой ее слабости. Не всякий муж испытывает к жене такую чистую и незапятнанную любовь, какую его мать испытывала к императорской семье. Брови отца слегка дрогнули, демонстрирую предельную степень гнева, но и это не отвлекло его жену от трансляции. Отол Кайм посмотрел на отца. Рука Рейзо Кайм легла на рукоять меча. Прощание закончилось. Отол Кайм поднялся с колен и вышел прочь. Мать так и не посмотрела на сына.

Холодный неприветливый дождь лил сплошным потоком с небес планеты Йондерт. Отол Кайм попытался сохранить осанку присущую настоящему гидальго, но порыв ветра едва не сбил его с ног. Отол старался не смотреть по сторонам. Серая мрачная грязная планета. Отец выбрал Йондерт именно потому, что она нисколько не походила на родную планету Отол Кайма. Голубые луга Ай-Эва, его бирюзовые бездонные воды мужчина клана Мю должен хранить в сердце, а окружающий мир нужно принять таким какой он есть и использовать во имя священного Долга.

Отол Кайм быстро пересек взлетную площадку компании "Эбсид". Минуя большие и малые, но все как на подбор потрепанные и корявые корабли, он подошел к крохотному уродцу под названием "Вия". Если гидальго Рейзо Кайм не передумает, а на это не стоило надеяться – отец никогда не менял своего решения, то "Вия" останется вотчиной Отол Кайма на ближайшие годы. Отвратительная планета, ужасная работа, уродливый корабль и эти люди… В памяти всплыло лицо Кары. Отол вздохнул, приосанился и поднялся на борт.

В нос ударил запах чеснока и грязных носков. Барабанные перепонки вздрогнули и завибрировали, грозя лопнуть от раскатов мощного смеха. Отол Кайм узнал бас смеющегося. Би Озур, механик, уроженец планеты не имеющей имени, лишь номер, который незачем было запоминать. Ему вторил визгливый тенор Лигоса. Отол поморщился. Настоящий гидальго никогда не выдаст своего отношения к подчиненному, но сейчас его никто не видел, а второй пилот "Вии" не заслуживал благосклонности. Последнего мужчину Отол не узнал, но женский голос взволновал его не на шутку. Кара… Отол Кайм замер на секунду, подавляя внешние признаки волнения и вошел в кают-компанию.

Смех сразу стих. Четверо людей встали, приветствуя капитана. Отол Кайм поздоровался с экипажем так, как того требовало его положение, традиции и устав компании. Кара, Лигос и незнакомый мужчина раскланялись в ответ. Они тоже старались соответствовать уставу, лишь Би Озур, словно младенец, которому еще не доступно учение Чести, карикатурно изобразил поклон и весело прыснул в лохматые заросли рыжей бороды.

– Прости, капитан, – с лица Би Озура смиренно сползла улыбка, но глаза продолжали искриться весельем, – Ты сегодня сиятелен, словно Император.

Он не выдержал и рассмеялся в голос, остальные последовали за ним. Отол Кайм решил великодушно простить насмешку, прекрасно осознавая, во что превратил его наряд ураганный ливень Йондерта.

Пожалуй, Би Озуру, как и Каре, Отол Кайм тоже позволял чуть больше других. Этот рыжий здоровяк стал первым, кого юный гидальго повстречал на Йондерте, первым, кто помог наследнику великого рода вникнуть в хитросплетение внутренней субординации компании "Эбсид". Он же стал и первым, среди знакомых Отол Кайму людей, кто позволял себе открыто смеяться над древними традициями и их носителями. Именно от Би Озура сын и наследник гидальго Рейзо Кайма узнал о "дружеском подтрунивание" – странного вида оскорбления, за которое не требовалось вызывать противника на суд Чести, а полагалось лишь улыбаться в ответ.

– Сударь, – Отол Кайм развернулся к незнакомцу, – Вас не представили. Кто Вы?

Незнакомец удивленно завертел головой по сторонам.

– Это Гайвор, – хохотнула Кара и стукнула незнакомца по плечу, – Он не сударь, он пилот. Самый дерьмовый пилот компании.

Все вновь рассмеялись, включая незнакомца. Тот закивал с таким довольным выражением лица, словно Кара употребила не уничижительное выражение, описывая его профессиональные качества, а воспела хвалебную оду. Отол Кайм слегка вздернул брови, изображая недовольство, но смех не прекратился. Пришлось добавить голосу льда.

– Какова причина замены знатока летного дела Дейна, – он учтиво склонил голову, – На пилота Гайвора?

– Запой, – Лигос молитвенно воздел глаза к потолку, – Божественный, неповторимый запой.

– Или большие сиськи, – оскалился Би Озур, – Дейн нам не докладывал, капитан.

Отол Кайм решил больше не трогать эту недостойную тему разговора и быстро пробежал глазами план предстоящей работы. Отец презрительно называл компанию "Эбсид" охотниками за головами. По существу он был прав, но за головами доверяли охотиться маститым профессионалам в ловли людей, остальные, такие как экипаж "Вии", охотились, по выражению Би Озура, за головешками. В этом Отол Кайм был вынужден согласиться с рыжим весельчаком. За год совместной работы им не дали ни одного стоящего дела. Возможно, такое обстоятельство даже обрадовало бы юного гидальго, если бы не подвластные ему люди. Его экипажу, как типичным представителям простонародья, приходилось довольствоваться заработанными средствами. Даже Каре. А за головешек платили мало.